ВОЙТИ:
логин:  
пароль:    
  [регистрация]
      1
2345678
9101112131415
16171819202122
23242526272829
3031     

20.10.2017 | 10:16
Алексей Песошин по видеоконференцсвязи принял участие в совещании по вопросам безопасности проведения чемпионата мира по футболу 2018 года
В Нижнем Новгороде оценили состояние подготовки войск национальной гвардии к обеспечению правопорядка и безопасности предстоящего Чемпионата мира по футболу 2018 года...

0



20.10.2017 | 9:25
В Бугульминском муниципальном районе завершились дорожные работы по трем программам, стоимостью 95,3 миллионов рублей
В 2017 году в Бугульминском муниципальном районе работают в общей сложности 5 программ ремонта дорожно-уличной сети. По состоянию на 10 октября полностью завершились работыпо трем программам, стоимост...
0

20.10.2017 | 8:04
Из Казани в чешский Пардубице
Из Казани в чешский Пардубице
4

18.10.2017 | 9:43
В ИТ-парке набережных Челнов состоялась пресс-конференция по запуску образовательного проекта “inIT”
7 ноября в ИТ-парке Набережных Челнов начнется обучение по WEB-разработке для людей с ограниченными возможностями здоровья. На сегодняшний день получено порядка 140 заявок от желающих принять участие...
8

16.10.2017 | 10:37
Воспитанники детских домов Татарстана стали лучшими в номинации «Неповторимое искусство»
Воспитанники детских домов Татарстана стали лучшими в номинации «Неповторимое искусство»
7

13.10.2017 | 11:11
Татарстанцы приняли участие в торжественном открытие окружной выставки прикладного творчества воспитанников детских домов «МастерОК» в Кирове
Татарстанцы приняли участие в торжественном открытие окружной выставки прикладного творчества воспитанников детских домов «МастерОК» в Кирове
21

13.10.2017 | 10:45
В Казанском кооперативном институте Российского университета коопераций пройдет выставка крупнейших в регионе hr-провайдеров MarketPlace.
20 октября в 14:00 в Казанском кооперативном институте Российского университета коопераций состоится выставка крупнейших в регионе hr-провайдеров MarketPlace. Участниками мероприятия заявлены представ...
24

13.10.2017 | 9:36
Вечер живописи и музыки в ГМИИ РТ
Вечер живописи и музыки в ГМИИ РТ
30

13.10.2017 | 8:48
День сельхозработника в Бугульминском районе: Успехи пионеров агротуризма и рекордные показатели урожая
День работника сельского хозяйства, пищевой и перерабатывающей промышленности каждый год дает возможность подвести итоги проведённых в отраслях работ. В 2017 году в Бугульминском районе главными показ...
8

12.10.2017 | 9:14
Google: Казань поучаствовала в проекта Вдали от столиц
Более 2 000 заявок поступило в рамках всероссийского проекта «Вдали от столиц» из каждого федерального округа России менее чем за месяц. Прием заявок окончен. Около 600 самых интересных проектов отобр...
15

11.10.2017 | 13:10
«Уральские авиалинии» свяжут Казань и Москву
«Уральские авиалинии» свяжут Казань и Москву
5

11.10.2017 | 8:37
VI Молодежный добровольческий форум города Набережные Челны 2017
VI Молодежный добровольческий форум города Набережные Челны 2017
19

10.10.2017 | 9:51
В Казани стартовали съемки фильма «Кире» с участием Камиля Ларина
В Казани стартовали съемки фильма «Кире» с участием Камиля Ларина
15

09.10.2017 | 15:15
Команды "Камаз", "Аммоний" и "Челны-Бройлер" - первые победители зонального этапа фестиваля "Наше время - Наше время - Безне? заман"
Команды "Камаз", "Аммоний" и "Челны-Бройлер" - первые победители зонального этапа фестиваля "Наше время - Наше время - Безне? заман"
35


ВСЕ НОВОСТИ »


Как джаз Казань покорял…

Вадим Печников, профессор ИСГЗ, почетный работник

высшего профессионального образования

Российской Федерации

Вадим Печников, профессор ИСГЗ, почетный работник высшего профессионального образования Российской Федерации

 

Казань с полным основанием можно считать колыбелью подлинного отечественного джаза, корни которого уходят в конец 40-х – начало 50-х годов прошлого века.  

Что представляла собой сфера «легкой» музыки в Советском Союзе (в том числе, конечно, и в Казани)? Еще с 30–40-х годов в стране сложилось несколько музыкальных коллективов, именовавшихся джаз-оркестрами, или джаз-бандами. Это были оркестры Леонида Утесова, Эдди Рознера, Александра Цфасмана, Александра Варламова, Якова Скоморовского и др. Исполняемая ими музыка записывалась на граммофонные пластинки (звучание каждой из двух сторон продолжалось около трех минут). На мой взгляд, все эти музыкальные коллективы можно было называть джазовыми лишь условно, их следовало именовать эстрадными, может быть, танцевальными оркестрами. Исполнительская манера музыкантов, аранжировка и другие элементы, присущие подлинному джазу, у всех названных коллективов не наблюдались. Но ничего другого в стране и не было. На любом балу или вечеринке заводили патефоны (или включали радиопроигрыватели, которые появились после войны) с утесовскими, цфасмановскими и прочими грамзаписями, под них молодежь танцевала и веселилась.

В Казани «легкая» музыка в 40–50-е годы была представлена эстрадными оркестрами, которые были во всех крупных кинотеатрах столицы Татарстана: «Электро», «Унион», на улице Баумана, «Колхозник» на углу улицы Свердлова (ныне Петербургская улица). Оркестры начинали играть перед началом вечерних сеансов. Там выступали в основном профессиональные музыканты, пели профессиональные солисты, исполнительский уровень их был достаточно высок, но все это в рамках сложившейся тогда в стране музыкальной традиции «утесовского» уровня. Летом на танцах играли оркестры в Ленинском саду (в сквере около Казанского университета), в Центральном парке культуры и отдыха, в «Саду рыбака» (ул. Клары Цеткин) и еще кое-где. Кроме того, в городских парках и садах, как и повсюду в СССР, играли духовые оркестры.

На заре «туманной юности», в середине 50-х, мои познания о джазе были весьма скромными. Как же иначе? Почти у всех в квартирах тогда были радиорепродукторы (радиоточки), транслировавшие советские песни, в основном патриотического содержания. Постепенно я пристрастился к грампластинкам с записями нашей эстрадно-джазовой музыки (те же Утесов, Цфасман). Мне удалось купить трофейный немецкий радиоприемник, позволивший расширить мой музыкальный кругозор. Тогда в радиовещании на Западе широко применялся коротковолновый диапазон. Вот так я вышел на передачи об истинном джазе. Вечером из Лондона радиостанция Би-би-си по заявкам радиослушателей часто передавала популярнейшие музыкальные опусы в исполнении оркестра Виктора Сильвестра (это был прекрасный камерный, полуджазовый коллектив). Но настоящий джаз я услышал, когда наткнулся на программу Music USA («Музыка США») Уиллиса Канновера (США). Этот радиоведущий с голосовыми данными нашего известного диктора Юрия Левитана доходчиво (по-английски, конечно) рассказывал о наиболее значимых американских джазменах и, самое главное, демонстрировал исполняемые ими произведения. Так я узнал о творчестве кларнетиста – «Короля свинга» – Бенни Гудмена, о легендарном трубаче Луи Армстронге, о «герцоге» джаза Дюке Эллингтоне и многих, многих других. Я был очарован и потрясен услышанным!

Вадим Печников. Домашняя репетиция (1956 г.)

Переварить «новую музыкальную пищу» мне помогали мои друзья. У меня к этому времени сложился устойчивый круг друзей-единомышленников, самые тесные связи с которыми не прерывались в течение десятилетий: Петр Александрович Норден, сын известнейшего в стране профессора-алгебраиста Александра Петровича Нордена. (Между прочим, по отцу семейные корни Петра нисходят к роду Ганнибала – предка Александра Пушкина). В настоящее время он собрал одну из самых значительных для Казани коллекций джазовой музыки. Николай Геннадьевич Носов – тоже из именитой семьи влиятельных дореволюционных казанских купцов Зудиных – Чернояровых. Между прочим, Николай, по профессии инженер-электронщик, сам не владея никаким музыкальным инструментом, был тончайшим знатоком джаза. Это, наконец, Николай Васильевич Пономарев. У него не было в роду именитых предков, зато он сам сделал себя, обладая потрясающим стратегическим мышлением, он был тонким знатоком истории Казани, истории России, маэстро антиквариата. В 1990-е годы Пономарев создал значимый для Казани вуз – Институт социальных и гуманитарных знаний.

Друзья, приходя ко мне, слушали джаз по «западному» радио, бурно все обсуждали и зачастую оставались у меня ночевать. Нашему джазовому ликбезу во многом способствовали «трофейные» (т.е. как бы изъятые у немецкой стороны) кинофильмы, появившиеся в прокате после окончания войны. В действительности эти фильмы были в основном американскими, находившимися в Германии. И среди этого богатства были такие шедевры, как «Серенада Солнечной долины», где во всей красе предстал оркестр Гленна Миллера. Другим шедевром стал фильм The Roaring Twenties («Ревущие двадцатые»), выпущенный в прокат в СССР под политизированным названием «Судьба солдата в Америке», – гангстерский триллер о двадцатых годах в США, напоминающий мне наши лихие 90-е годы. Этот фильм мы просмотрели, наверное, десятки раз в находившемся на ул. Баумана клубе им. Горького, принадлежавшем обувной фабрике «Спартак». Мы с Колей Носовым познакомились с тамошним киномехаником. Пришли в клуб вечером, после окончания рабочего дня, принесли бутылку спиртного, механик отрубился и заснул, а мы вдвоем сами всю ночь крутили эту ленту. И все это ради одной джазовой песни в этом фильме: My melancholy Baby («Мой грустный бэби»), написанной Эрни Бернеттом еще в 1911 году, которая и до сих пор, наверное, является хитом этого жанра.

Стало известно, что в город приехал коллектив именитых джазовых музыкантов, около 20 человек, – биг-бэнд Олега Лундстрема. Их заочно называли «шанхайцами», т.к. они прибыли в 1947 году, судя по всему, из Китая. Там, в Шанхае, как я потом узнал, Лундстрем был очень знаменит, местные газеты называли его «королем джаза Дальнего Востока». Вот персональный состав «шанхайского» состава биг-бэнда: саксофоны – Лев Главацкий, Владимир Серебряков, Анатолий Голов (ведущий группы «саксов»), Виктор Деринг, Игорь Лундстрем; тромбоны – Анатолий Миненков, Иннокентий Бондарь, Григорий Осколков (ведущий этой группы), Александр Маевский; трубы – Виталий Серебряков, Анатолий Котяков, Олег Осипов (ведущий группы), Иннокентий Горбунцов, Георгий Баранович; за роялем – Юрий Модин, гитара – Онуфрий Козлов, контрабас – Александр Гравис, ударные – Залман Хазанкин. Руководитель оркестра, дирижер, естественно, Лундстрем. Все красивые, молодые (где-то за 25), жизнерадостные (предстояло возвращение на Родину!). И, что самое важное: лундстремовские музыканты обладали яркой индивидуальностью, своей исполнительской манерой игры, которую, бесспорно, можно поставить в один ряд с выдающимися мировыми исполнителями джазовой музыки. Так, звучание альт-саксофона Анатолия Голова в пьесе «Ноктюрн Гарлема», записанной в СССР в 1959 году, через год расхваливал известный радиоведущий в сфере джазовой музыки из США Уиллис Канновер.

Ходили слухи, что первоначально оркестр Лундстрема решили сделать джазовым коллективом ТАССР. Но после «Ждановского» постановления ЦК КПСС 1948 года об опере Вано Мурадели джаз был предан анафеме как «чуждая советскому народу, враждебная музыка», как «музыка толстых» (то есть для богатых), как ранее выразился Максим Горький. По стране усиленно распространялся афоризм, сочиненный, наверное, кем-то из власть предержащих: «Сегодня он играет джаз, а завтра Родину продаст». Музыканты из бывшего оркестра Лундстрема вынуждены были работать где придется: на танцевальных вечерах, в кинотеатрах, некоторым даже посчастливилось попасть в оркестр оперного театра. Молодежь стремилась попасть на танцевальные вечера в Дом офицеров на площади Свободы (теперь там Казанская ратуша). Интерес объяснялся тем, что за рояль там часто садился лично мэтр – Олег Леонидович. Иногда ему «ассистировали» Герман Клячкин (он сделался полковником МВД) и известный теперь всем казанцам Анатолий Луппов.

Вездесущий Коля Носов вскоре познакомился с «главным шанхайцем» – Лундстремом. Он стал часто бывать у него дома. И вскоре у нас на руках оказалась целая стопка редчайших граммофонных пластинок с записями великих американских джазовых музыкантов. В отличие от наших грампластинок, это были диски-гиганты, вмещавшие большой объем музыкального материала и изготовленные к тому же из какого-то небьющегося материала.

Вскоре мне удалось приобрести звукозаписывающий станок, на котором можно было записывать звук на целлулоидных дисках (отработанная рентгеновская пленка). Я стал писать для себя джаз с радио, с лундстремовских грампластинок, а для коммерческих целей записывал популярные опусы в исполнении запрещаемых тогда Петра Лещенко, Аллы Баяновой и др. Пленки охотно покупались. Покупателями были продавщицы магазинов, летчики, студенты. Наличие «теневого» бизнеса позволяло мне с друзьями иногда кутнуть в ресторанах.

Как-то раз, по-моему, весной 1954 года, я со своей компанией отправился в ресторан «Казань» на улице Баумана. В то время «Казань» еще сохраняла дореволюционную, купеческую роскошь в оформлении залов, в мебельном убранстве. Мы заняли столик в центральном, зеркальном, зале около эстрады. Вскоре пришли музыканты. Потом мы узнали их фамилии и имена: Виктор Деринг – тенор-саксофон, Георгий Баранович – труба, Онуфрий Козлов – рояль и гитара. Я был просто заворожен их игрой, и, что меня поразило, это было сочетание какого-то задорного, искрометного ритма и мелодического начала. (Именно такое сочетание я до сих пор считаю главным в свинговом джазе.) Не отрываясь, слушал и наблюдал за игрой тенор-саксофониста – это был ровный, открытый, богатый оттенками звук. От Коли Носова – он был в курсе всех событий в городе – я узнал, что музыканты – из числа «шанхайцев» Лундстрема.

Прямо там, в ресторане, я договорился с Дерингом о моем обучении игре на саксофоне у него дома. Вскоре у меня оказался и искомый инструмент – тенор-саксофон известной фирмы Buescher, внешне выглядевший весьма респектабельно: будто новенький, покрытый золотым лаком, в необычном для нас красивом бежевом футляре. Продавцом стал Зосим Алахверди, музыкант, игравший в кинотеатре «Колхозник», высокий, стройный красавец с тонкими усиками, просто джентльмен. Интересно, что сам Зося ранее приобрел этот инструмент у утесовского саксофониста Дидерихса – вот какая история была у моего «сакса»!

 

Духовая группа студенческого оркестра КГУ (1956 г.)

 

Очень скоро я пришел на первый урок к Дерингу. Он жил тогда во дворе бывшей гостиницы на Кольце (пл. Тукая), в подвальном помещении, с семьей из четырех человек: отец Виктора Эдуардовича, жена и двое детей. Позже я узнал, что и другие оркестранты Лундстрема, приехав в Казань, на первых порах жили не в лучших условиях. Сам мэтр, Олег Леонидович, «временно» занимал комнату во дворе гостиницы «Казань» на ул. Баумана.

Мое обучение, по-моему, успешно продвигалось, тем более что еще во время войны мама определила меня обучаться игре на фортепиано в детский кружок при Доме медработников (это снесенное ныне здание было на углу улиц Бутлерова и Маяковского). Фамилия моей преподавательницы была Корбут, позже я узнал, что она принадлежала к старинной респектабельной казанской музыкальной семье. В здании было так холодно, что моя учительница не снимала пальто и была в перчатках.

После Деринга я стал брать уроки саксофонной игры у другого представителя лундстремовского коллектива – А. С. Голова, музыканта с уникальными данными. У него был абсолютный слух. По рассказам лундстремовцев, Анатолию Сергеевичу предлагалось, шутки ради, определить ноту какого-нибудь экзотического источника звука, скажем, пароходного гудка. Он говорил, например: «Это си-бемоль, только немножко не строит». И всегда его «диагноз» оказывался верным. Музыканты шутили: «Для чего нам камертон, когда у нас есть Голов?!

Мой саксофон стал звучать эффективнее, вскоре я получил от своего корреспондента по переписке из Финляндии новый, эбонитовый мундштук известной фирмы Selmer. Главное, благодаря моим наставникам-маэстро я усвоил многие нюансы джазовой манеры игры на инструменте. Появилась первая музыкальная работа в составе танцевального оркестра в Центральном парке культуры им. Горького (ЦПКиО). Там я играл с мая по октябрь в 1955-м и 1956 годах. Танцплощадка тогда представляла собой открытое сооружение, отгороженное трехметровой металлической сеткой, вмещавшее несколько сот танцующих; в центре площадки возвышалась сцена в форме раковины, где играл оркестр. Саксофон сыграл в моей жизни поистине судьбоносную роль. Именно в ЦПКиО, на танцплощадке, я увидел ее, яркую, кареглазую красавицу. Джаз соединил нас. Мы с моей Лилией прожили долгую, без малого 60-летнюю жизнь в счастливом браке.

Вот состав «паркового» джаз-оркестра 1955 года: саксофоны – А. Аникеенок, Э. Дибай, В. Федулкин, В. Печников; трубы – А. Назаров, А. Кузнецов; тромбон – В. Григорьев; гитара – В. Валахонович; аккордеон – А. Трофимов, ударные – М. Низамутдинов, за роялем – Г. Егоров. В парке мы играли по нотам («хорусам») из фонотеки Лундстрема (их выпросил у него для нас все тот же Коля Носов). Он почти все время находился около нас, на эстраде. Как-то раз, до начала игры, к нам на эстраду поднялся незнакомый мужчина небольшого роста, одетый в видавшую виды вельветовую курточку, и стал что-то делать с альт-саксофоном. «Ты что хватаешь чужие инструменты»? – возмущенно обратился к нему Коля. «Но это моя альтушка, – отвечал незнакомец, – я теперь здесь буду работать». И вот когда мы начали играть, все были просто потрясены качеством исполнения нового члена нашего оркестра: и обалденный звук, и потрясающее чтение нот… Словом, это был профи, джазмен высочайшего класса. Оказывается, наш новый коллега – Лева Главацкий – тоже бывший «шанхаец», участник оркестра Лундстрема, арестованный по прибытии в Казань по политической статье, по ложному доносу. Вплоть до освобождения с полной реабилитацией ему пришлось вкалывать на шахтах в районе Караганды.

Нельзя не упомянуть некоторых других участников «паркового» оркестра, чьи имена потом приобрели большую известность: это наш тенор-саксофонист А. Аникеенок, чьи картины в стиле Пикассо впоследствии приобрели мировую известность; Э. Дибай (альт-саксофон, кларнет), ставший потом директором крупнейшей Крымской обсерватории; Г. Егоров (рояль) – он «дорос» до профессора Казанского авиаинститута. Его жена Света была дочерью всенародно известного Н. Г. Жиганова, композитора, основателя Казанской консерватории. Светлана Назибовна (впоследствии профессор Казанской консерватории) тоже была горячим приверженцем джаза и, обладая прекрасными вокальными данными, на концертах щедро одаряла ими любителей запрещенного жанра.

Несмотря на категорический запрет джаза, вдохновленные музыкой О. Лундстрема, в Казани появились первые джазовые коллективы, в частности, в 1952 году в Доме ученых на ул. Бутлерова. Конечно, ансамбль не назывался джазом, но пьесы-то были именно джазовыми (в основном известными американскими шлягерами). В числе ярых поклонников этого ансамбля был известный писатель Василий Аксенов. Ребята – студенты казанских вузов – играли по субботним вечерам на танцах. Руководил этим малым джазом талантливый пианист-любитель (будущий инженер) Юра Яковлев. На альт-саксофоне играл будущий астроном Эрик Дибай, на аккордеоне – будущий педагог Юра Елкин, контрабасистом был будущий врач Леша Остроумов. Ребят называли «малыми шанхайцами». Все это тогда казалось чудом, приезжие москвичи хватались за головы: в Казани существовал джаз!

После смерти Великого вождя (И. В. Сталина. – Ред.) в марте 1953 года и восхождения на Олимп новых политических руководителей в стране появились первые признаки потепления, хотя бы в сфере культуры. В канун очередной годовщины Октябрьской революции, 6 ноября 1953 года, по радио неожиданно прозвучала первая (в смысле времени ее «реконструкции») инструментальная джазовая пьеса – фокстрот М. Блантера «Цветущий май». То-то радости было у меня с Петей и Колей. «Кажется, началось?!» – говорили мы друг другу.

И действительно, началось. Уже в 1955 году начал собираться в полном составе оркестр Лундстрема, были исполнены по казанскому радио и записаны на грампластинки прекрасные музыкальные пьесы татарских композиторов С. Сайдашева, А. Ключарева, А. Монасыпова в джазовой обработке О.Лундстрема. Репетиции оркестра проходили в помещении бывшей радиостудии на улице Горького. Мы с Колей Носовым старались не пропустить ни одной репетиции. Для нас это была прекрасная школа. Нам посчастливилось присутствовать и во время записи лундстремовского оркестра для грампластинок в клубе им. Менжинского, из Москвы для этого прибыл известный звукорежиссер И. Дудкевич. Тогда-то мы с Николаем заслужили от музыкантов шутливое, ласковое прозвище «Джазоманьяки» – и это было правдой, мы оба были больны джазом!

Итак, именно Казань явилась стартовой площадкой для развития подлинного джаза в стране и важным этапом на пути триумфального шествия Лундстрема и его оркестра. «Глубокое проникновение в характер джазового исполнительства, в его классические традиции, с одной стороны, и стремление внести свой вклад в этот жанр, используя национальный фольклор, путем создания и исполнения оригинальных джазовых произведений и аранжировок, с другой – вот кредо оркестра, творческий путь, по которому он идет уже не одно десятилетие» – в этих словах Олега Лундстрема заключена вся его жизнь музыканта, сумевшего пройти со своим оркестром через годы и превратности судьбы, сохранившего свой голос, свое понимание искусства. Многие годы маэстро и его биг-бэнд– неизменные участники крупных международных джазовых фестивалей, проводившихся, в частности, в Праге, в Голландии, во Франции. Джаз Лундстрема удостоился участия в фестивале памяти Д. Эллингтона (Вашингтон, 1991), в фестивале биг-бэндов в Финляндии (1992).

Оркестр Лундстрема можно назвать подлинной кузницей джазовых кадров. Через оркестр прошли известные музыканты: Г. Гаранян, И. Бутман, А. Зубов, Г. Гольштейн, К. Бахолдин, В. Назаров, Н. Капустин, А. Шабашов и многие другие, а также вокалисты М. Кристалинская, А. Пугачева, И. Понаровская, И. Отиева, Д. Ромашков, В. Ободзинский и др. Слава богу, творчество Лундстрема высоко оценено обществом, властью. Олег Леонидович – заслуженный артист РСФСР (1973), народный артист РСФСР (1984). Он – кавалер ордена «За заслуги перед Отечеством» III степени, удостоен почетной степени доктора наук Международной академии наук Сан-Марино (1993). Скончался Олег Леонидович 13 октября 2005 года в Москве. 

 

Огромный вклад в развитие джаза в Казани внес Георгий Яковлевич Ротт, приехавший в СССР из Шанхая одновременно с лундстремовским оркестром. Г. Я. Ротт – композитор, аранжировщик, дирижер, виртуозно владевший и роялем, и аккордеоном. Еще будучи в Шанхае, он неоднократно аккомпанировал А. Вертинскому, сотрудничал с Ф. И. Шаляпиным. В Шанхае Ротт помогал молодому бэнду Лундстрема: писал аранжировки джазовых композиций, а когда музыкантам приходилось туго, сажал их в свой оркестр подработать. Кипучая энергия Ротта, его талант сполна проявились и на новой родине. В Казанской филармонии он организовал молодежный квинтет: сам у рояля (или с аккордеоном), Р. Калимуллин – саксофон, кларнет, В. Виноградов – контрабас, В. Куклин – труба. Вел концерты Г. Гурфинкель.

Ротт рьяно участвовал в организации в Казани самодеятельных джазовых коллективов. Широкую известность в городе приобрел студенческий джазовый ансамбль в Казанском университете (КГУ). Я там учился на юридическом факультете (его и окончил). В состав нашего оркестра, в частности, входили: А. Машкевич, виртуозно владевший и аккордеоном, и роялем, пианист К. Колобов, тромбонист М. Фридзон, Л. Сюняев (труба), В. Валаханович (гитара), Л. Гордон (ударные), саксофоны – А. Шагидуллин, А. Елизаров, В. Печников. Наши вокалисты – Слава Калинин, Виль Мустафин, Света Жиганова – своим искренним пением всегда заряжали зал. В качестве конферансье выступали талантливые «хохмачи»-импровизаторы (a-ля Райкин) Юра Порман и Миша Альтмарк. От их миниатюр весь зал покатывался со смеху. Несколько раз наш оркестр выступал в актовом зале университета, где во всю стену позади сцены красовался огромный портрет В. И. Ленина. Все участники нашего ансамбля получили почетные грамоты ректората «за активное участие в художественной самодеятельности».

Также Г. Роттом были созданы джазовые ансамбли в медицинском институте, Доме культуры в Дербышках. Появился джаз-оркестр и в Казанском авиационном институте – в Студенческом театре эстрадных миниатюр (СТЭМ).

Особо следует выделить руководимый Роттом Городской молодежный «эстрадный» (джазовый биг-бэнд) оркестр из студентов казанских вузов в клубе им. Менжинского – МВД. Один из зрителей-участников так красочно описывает начальный момент официальной деятельности этого джаза: «Конферансье объявил, что сейчас выступит новый коллектив, и оркестр грянул за занавесом. Все от неожиданности встали как вкопанные. Занавес открылся, а на сцене – молодые музыканты в черных брюках, белых рубашках с галстуками, и перед ними в красивом светло-сером костюме с бабочкой – счастливый Ротт. Какие были танцы!»

Безусловно, все музыканты этого джазового ансамбля, куда вошел и я, прекрасно знали О. Л. Лундстрема, его творчество. Мы много репетировали, ведь у нас был Ротт, требовательный, опытный наставник, профессионал суперкласса! В 1957 году наш оркестр стал готовиться к Первому Фестивалю молодежи Татарстана. Мы готовили несколько музыкальных опусов, не выходящих за рамки дозволенного. Мне посчастливилось сочинить инструментальную пьесу в рамках новых тенденций джаза. Своему сочинению я дал название «Юмореска», оно было одобрено, но времени до начала ответственного концерта было в обрез. Выручил Георгий Яковлевич. За одну ночь он сделал аранжировку моей пьесы, и уже на следующий день ноты лежали на пюпитрах оркестрантов, причем ноты были выполнены каллиграфически. Мы были просто в восторге: какая кипучая энергия и какой профессионализм были сосредоточены в нашем руководителе!

 Пришло время, и в июне 1957 года наш биг-бэнд выступил на сцене Казанского оперного театра им. М. Джалиля. Народу в зале было битком. Как стало известно, присутствовали и высокие партийные, комсомольские и другие руководители республики, города. Когда оркестр исполнял мою «Юмореску», я вышел на сцену перед оркестром, исполнив соло adlibitum, т.е. импровизацию. Кроме того, наш ансамбль сыграл пару других музыкальных пьес. Зал встретил коллектив одобряющими аплодисментами, успех был налицо! Оркестру было присуждено первое конкурсное место, все ребята были награждены дипломами и значками лауреата фестиваля. Оргкомитет фестиваля выдвинул наш коллектив на Всесоюзный фестиваль молодежи в Москве. Но маленькие «неприятности», нестыковки в верхах закрыли ребятам дорогу в столицу.

Так сложились обстоятельства, что в начале 60-х я ушел из Молодежного оркестра в клубе Менжинского. К этому времени ансамбль пополнился музыкантами-любителями, играющими джаз вполне профессионально: это Виктор Махонько (альт-саксофон, баритон-саксофон), Володя Агапов (тромбон) – ему прочили даже переход в лундстремовский оркестр, Александр Кипенский (тенор-саксофон) и другие. С ними вместе пела Светлана Жиганова. Оркестр исколесил с концертами почти весь Татарстан, и всюду его путь сопровождался успехом.

Примерно в это же время я и еще несколько хорошо знакомых мне ребят оказались востребованными для игры на танцах в казанском Доме ученых. Музыкальным руководителем там был энергичный, деятельный Лазарь Вайнштейн. Он-то и организовал нашу работу, точнее подработки, так как все оплачивалось (примерно 15 руб. за вечер, сопоставимых со средней зарплатой в стране 200 руб.). Конечно, это было подспорьем для наших семей (у нас с Лилией к тому времени родилась дочь). В джазе, помимо меня, играли: В. Махонько (альт-саксофон), А. Кузнецов (труба), В. Виноградов (контрабас), М. Низамутдинов (ударные), Г. Егоров (рояль).

Несколько раз наш малый джаз выезжал на гастрольные поездки, именно для игры на танцах, в населенные пункты вблизи Казани. Осталась в памяти наша «гастроль» в санаторий «Васильево». Ощущая востребованность, мы играли самозабвенно весь вечер, забыв о времени, закончили, наверное, около 23 часов. Когда же вышли на перрон ст. Васильево, подошел какой-то поезд дальнего следования. Мы толпой бросились к нему. Слава Виноградов со своим громоздким контрабасом успел заскочить в последний вагон, проводник пытался его вытолкать, но безрезультатно. Состав тронулся, увозя Славу, а мы остались не при делах. Отправились к дежурному по станции; он нас «обнадежил» вестью о том, что до утра поездов на Казань не будет, но зато предложил поехать на маневровом паровозе, предупредив, что он доедет только до Ягодной слободы. Деваться некуда. Мы нашли на путях паровоз угольно-черного цвета (товарный). По указанию машиниста нам было отведено «плацкартное место» на небольшой, огороженной поручнями площадке впереди паровоза. Наконец, паровоз тронулся. Он двигался задним ходом, и мы оказались близко к трубе, которая щедро одаряла нас порциями дыма и крупнокалиберной сажи. Было очень весело. Старенький паровозик передвигался медленно, и когда мы добрались до ст. Аракчино, стало уже светать. Не сговариваясь, извлекли из футляров свои инструменты и стали играть. Редкие прохожие с удивлением провожали взглядом наш музыкальный джазопаровоз. Наконец, наше путешествие закончилось, и мы весело потопали к нашим домам по Кировской дамбе.  

Джаз продолжал свое победное шествие по Казани. В 1964 году при дирекции Казанской городской киносети был создан эстрадный оркестр в составе 16 человек для обслуживания зрителей в кинотеатрах «Родина», «Татарстан», «Победа», «Дружба», «Звезда». Базой оркестра считался кинотеатр «Татарстан». В состав оркестра вошли замечательные музыканты – Анатолий Голов, Виктор Деринг, Юрий Модин, Алексей Тещин, Александр Агафонов, Григорий Фрейверт, Онуфрий Козлов, Александр Кипенский, Ринат Бикбулатов, Ринат Шагеев, Владимир Агапов, Константин Церковников, Владимир Зорин.

 

Джаз-оркестр ЦПКиО им. М. Горького (1955 г.)

 

В декабре 1990 года правление Союза кинематографистов Татарстана постановило организовать на базе коллектива эстрадного оркестра джаз-оркестр и поручить художественное руководство им бессменному дирижеру Виктору Эдуардовичу Дерингу. 27 августа 1991 года Кабинет Министров РТ издал постановление о создании Государственного оркестра кинематографии РТ. В репертуаре оркестра были музыкальные шедевры зарубежных джазовых мэтров Джорджа Гершвина, Гленна Миллера, Дюка Эллингтона, Куинси Джонса, Каунта Бэйси и классическая музыка. Также исполнялись произведения советских композиторов Д. Шостаковича, И. Дунаевского, Т. Хренникова, Н. Богословского. С оркестром сотрудничали татарские композиторы А. Ключарев, Р. Зарипов, Р. Ахиярова, А. Монасыпов, Ф. Шарифуллин, Р. Калимуллин.

Джаз-оркестр В. Деринга с успехом выступал в Польше, в Москве в Дни культуры Татарстана, играл на концертах, посвященных столетию мирового кино, участвовал в культурной программе XX Московского кинофестиваля. Он покорил слушателей на фестивале тюркских народов в Стамбуле, на Всероссийском кинофестивале неигрового кино в Екатеринбурге. Джазовая музыка, по мнению Виктора Деринга, может выражать самые разные чувства: счастливую любовь, бурную и бесконечную радость, волнение, грозную силу, страдание и страх, джаз – живой символ непрерывности жизни музыки.

На фестивале «Джазовый перекресток», прошедшем в Казани весной 2001 года, оркестры Деринга и Лундстрема снова играли вместе на сцене Большого концертного зала им. С. Сайдашева. Яркая, подвижническая жизнь Виктора Эдуардовича Деринга по достоинству оценена: он – заслуженный артист России, народный артист Республики Татарстан.

Магическое воздействие джаза Лундстрема из Казани постепенно охватывало всю страну, «до самых до окраин». Жил-был в городе Плесецке Архангельской области паренек Толя Василевский. Окончил музучилище по классу баяна и… заболел лундстремовским джазом. Анатолий приехал в наш город, в 1965-м окончил консерваторию и возглавил джаз-оркестр СТЭМа. После этого А. Василевский организовал в Казани профессиональный оркестр во Дворце культуры химиков. В 1986 году оркестр был распущен, его удалось собрать только в 2000 году. «Синтез-бэнд» стал гордостью Казани. Оркестр выступал на самых престижных отечественных фестивалях (Москва, Санкт-Петербург). В качестве солистов с бэндом А. Василевского выступали Игорь Бутман, Давид Голощекин и многие известные в стране музыканты.

Когда в январе 2011 года на базе двух коллективов филармонии – Государственного эстрадно-симфонического оркестра РТ и Государственного оркестра кинематографии РТ – был создан Филармонический джаз-оркестр РТ, его главным дирижером был назначен Василевский. Этот выбор не был случайным: Анатолий Александрович – профессионал высочайшего уровня, профессор, заслуженный деятель искусств РТ, аранжировщик от Бога, преданный джазу музыкант. Филармонический джаз-оркестр РТ стал одним из самых успешных и востребованных музыкальных коллективов страны, примечательный тем, что вышел из недр биг-бэнда Лундстрема, развивает славные традиции великого Маэстро. Оркестр сотрудничал со многими известными музыкантами и джазовыми коллективами, среди которых обладатель премии «Грэмми» ансамбль «Нью-Йорк Войсес», А. Кролл, И. Бутман, Д. Голощекин, В. Фейертаг и др. Анатолий Александрович, как и Лундстрем, стал успешно сеять семена восхитительной джазовой музыки на ниве просвещения: с 1988 года он начал преподавание джазовых дисциплин в Детской музыкальной школе им. Олега Лундстрема.

Вот еще одно свидетельство проявления джазовой эры О. Лундстрема в Казани: в 1977 году в столице Татарстана был создан женский джаз-оркестр «Фантазия» – единственный в России и Европе такого рода профессиональный ансамбль. Постановлением Главы администрации г. Казани в марте 1996 года оркестр получил статус «Городской джаз-оркестр», и это подтверждает профессионализм и общественное признание коллектива.

Своим рождением оркестр обязан энтузиасту джаза, заслуженному работнику культуры РТ Э. К. Фасхутдинову. Эрик Касымович поначалу создал детский ансамбль из школьников, не имевших даже начального музыкального образования, и выучил их играть на духовых инструментах, сумел вырастить профессионалов, энтузиастов джаза. Последние годы оркестром руководил профессионал с многолетним педагогическим опытом – заслуженный артист РТ Ю. И. Коган. Сохранив лучшие традиции оркестра, Юрий Исаакович привнес много нового. Репертуар джаз-оркестра «Фантазия» пополнился классическими и популярными джазовыми пьесами, и в настоящее время он включает значительное число произведений зарубежных, российских, татарских композиторов. Помимо родной Казани, он успешно выступал в других городах России, в частности в Рязани, Чебоксарах, Йошкар-Оле, Кирове, став широко известным за пределами республики. Коллектив – лауреат джазовых фестивалей в Румынии, Болгарии, Польше, всесоюзных и всероссийских смотров художественного творчества. Оркестр стал участником ряда популярных телевизионных программ: московской – «Шире круг!», австрийской – «Музыкальное подворье» и других. Принимал участие в передачах республиканского и всероссийского телевидения.

Как прекрасно, что наш родной город Казань – то священное место, где занялась заря эры подлинного джаза. Посеянные Олегом Леонидовичем Лундстремом музыкальные семена дали замечательный урожай. Площадкой, где происходил процесс окончательного становления отечественного джаза, его полный расцвет, стала вся Россия.


Дата публикации: 11:10 13.06.2017
Просмотров: 89

Комментарий будет оставлен от имени: Гость
(введите числом, сколько будет шесть плюс три)

Комментарии:

Пока не добавлено ни одного комментария.

«Монтаж аттракционов» в действии«Монтаж аттракционов» в действии
Говорят, великий Конфуций заметил однажды: «Найди себе дело по душе, и ты не будешь работать в жизни ни дня». Эта фраза хорошо подходит Кириллу РАЗЛОГОВУ, прославленному российскому киноведу, президенту Гильдии киноведов и кинокритиков России, автору книг и научных работ по истории искусства и кинематографа, автору и ведущему программы «Культ кино» на телеканале «Культура». «Архиважнейшее из искусств» для него – и работа, и хобби, и сама жизнь. Кирилл Эмильевич возглавлял секцию киноведов и кинокритиков на XIII Казанском кинофестивале мусульманского кино....
12
В «Смене» состоится лекция о Триеннале российского современного искусства в «Гараже»В «Смене» состоится лекция о Триеннале российского современного искусства в «Гараже»
23 октября в 19:30 в Центре современной культуры «Смена» с лекцией «Первое Триеннале современного искусства в „Гараже“, или Обещание долгой счастливой жизни» выступит куратор Музея современного искусства «Гараж» Екатерина Иноземцева Лекция пройдет в рамках лектория «Современное искусство в России: истоки, герои, контекст» — совместный проект интернет-газеты «БИЗНЕС Online» и Центра современной культуры «Смена»....
0
ПОЛУФИНАЛ Чемпионата мира «Бои по правилам TNA на кубок TATNEFT» сезона 2017 года
27 октября в «Татнефть Арене» пройдёт полуфинал Чемпионата мира «Бои по правилам TNA на кубок TATNEFT» сезона 2017 года. За право выйти в финал будет сражаться семеро российских бойцов, а также представители Украины, Белоруссии, Польши, Узбекистана и Италии. Пройдет шесть боёв - по два в каждой из трёх весовых категорий – до 70 кг, до 80 кг и свыше 80 кг. Бойцовские пары по правилам чемпионата в полуфинале определяются за сутки до боя путём жеребьевки....
0
Непредсказуемый Эрдоган: что дальше?Непредсказуемый Эрдоган: что дальше?
Когда в начале апреля Росавиация разослала авиакомпаниям предупреждение о возможной отмене чартерных рейсов в Турцию, объяснялось это предстоящим важнейшим референдумом о переходе страны на президентскую форму правления. Аналитики говорили: последствия народного выбора могут оказаться настолько непредсказуемыми, что не исключается даже гражданская война. К счастью, опасения не оправдались. Что это: затишье перед бурей или оппозиционеры смирились с нежелательными для них итогами референдума?...
40
В узком коридорчикеВ узком коридорчике
Сатира и юмор пронизывали советскую печать, можно сказать, с пеленок. Практически сразу после Октябрьской революции, уже в 1918 году, в Петрограде выходил журнал сатиры «Гильотина». По сравнению с таким грозным названием «Крокодил», основанный в 1922 году, прозвучал как-то мягче и даже приветливее. Откуда взялось такое необычное имя у издания? Вот тут и начинаются журналистские байки. Рассказывают, что как-то поздно вечером уборщица зашла в кабинет главного редактора, а там сатирики в накуренном кабинете ищут название будущему журналу...
21