ЛОЖКА ДЕГТЯ

0
111
Флюра АРСЛАНОВА,
директор ООО «Элита-Проф»

Год назад Президент Республики Татарстан Рустам Минниханов принял решение о модернизации первичного звена системы республиканского здравоохранения. Это беспрецедентное в масштабах страны решение направлено на кардинальное улучшение амбулаторно-поликлинического медицинского обслуживания населения.

 

Программа модернизации, а ее общая стоимость составит 7,5 млрд рублей, рассчитана на 2017–2018 годы. Она включает в себя несколько этапов: капитальный ремонт почти двух сотен поликлиник Татарстана, их оснащение современным медицинским оборудованием и медицинской мебелью и, в конечном счете, внедрение проекта «Дружелюбная поликлиника – Татарстанский стандарт», направленного на повышение качества, доступности и эффективности оказания медицинской помощи.

Прошло немногим более года, а перемены в этой сфере поистине разительны: городские ландшафты республики украсили обновленные здания поликлиник, их отделения пополнились новейшим оборудованием, стало меньше очередей и, главное, заметно выросли качество и уровень заботы о пациентах.

Можно только радоваться, тем более, как видим, есть чему, да вот только эта радость то здесь, то там омрачена досадой – ну не можем мы без ложки дегтя. Даже если это президентский проект, даже если он вроде просвечивается, как рентгеном, десятками контролирующих органов: какие материалы и какого качества используются при капремонте поликлиник, какое оборудование закупается, какие технологии внедряются…

Так в чем конкретно ложка дегтя? Она в проблеме оснащения медицинских учреждений современной специализированной медицинской мебелью. А конкретно в том, что выбор производителей и поставщиков медицинской мебели в Татарстане в ряде случаев производится с нарушениями законодательства, так как игнорируется требование поставки только сертифицированных медицинских изделий. И как результат – существенная часть поставляемой в медицинские учреждения мебели, в том числе по президентскому проекту модернизации республиканского здравоохранения, не имеет сертификатов соответствия и регистрационных удостоверений Росздравнадзора на медицинское изделие. И производится она зачастую не имеющими ни опыта, ни разрешительных документов на производство и реализацию медицинской мебели организациями, представляя прямую угрозу здоровью пациентов и медперсонала.

Подобная ситуация, как уже было сказано, является прямым нарушением российского законодательства о конкуренции, а также нормативных требований Росздравнадзора и СанПиНа.

Первым, кто забил тревогу по поводу этой более чем странной ситуации, стало ООО «Элита­Проф» из Набережных Челнов, известный производитель мебели медицинского направления, имеющий безукоризненную профессиональную репутацию как в Татарстане, так и в других российских регионах. Честное имя компании, многолетняя практика производства и реализации медицинской мебели играют сегодня ключевую роль при выборе ООО «Элита­Проф» в качестве подрядчика для сотен медицинских учреждений по всей стране.

– Любая поликлиника или больница, – поясняет Флюра АРСЛАНОВА, директор ООО «Элита­Проф», – это учреждения совершенно особого рода, в которых к мебели предъявляются самые жесткие требования. Она должна быть безопасной, прочной и функциональной, сочетая при этом повышенную комфортность, эргономичность и эстетичность. Кроме этого, медицинская мебель должна обязательно быть легко моющейся и стерилизующейся, изготовленной из самых высококачественных, экологически чистых и гипоаллергенных материалов. Именно поэтому в соответствии с действующим законодательством каждая новая модель медицинской мебели должна в обязательном порядке пройти сертификацию в форме декларирования соответствия. Наше предприятие, например, сертифицировало 16 самых ходовых изделий. Цена вот этой красной папки с удостоверениями, которая лежит на столе, – миллион рублей и годы кропотливой работы коллектива. И я при производстве сертифицированной мебели уже не могу отойти ни влево, ни вправо. Сейчас подали заявку на сертификацию еще 10 моделей медицинской мебели.

Трудно не согласиться с позицией руководителя «Элиты­Проф»: без сертификатов соответствия и регистрационных удостоверений производители медицинской мебели не имеют права заниматься ее производством и реализацией, а медучреждениям категорически запрещено закупать и использовать подобную мебель.

– Как только я делаю первый звонок о потенциальных поставках заказчику за пределами Татарстана, – продолжает Флюра Закариевна, – тот сразу же спрашивает: «А у вас есть вот этот документ, вот этот, а этот?» Если я говорю: «Нет», мне сразу отвечают: «До свидания». Недавно наша компания закрыла поставки мебели в огромный перинатальный центр в Ульяновске. Перед заключением договора они наше производство, каждое изделие, более того – каждый винтик, болтик, материалы, конструкцию, прошерстили вдоль и поперек на соответствие всем требованиям к медицинской мебели. Вот это, я понимаю, подход. Мы проделали огромную работу, и все остались довольны: ульяновцы – нашей мебелью, мы – результатами своего труда и его профессиональной оценкой потребителем. Но я не могу понять, почему в Татарстане игнорируют законодательные требования к местным производителям и поставщикам медицинской мебели? Почему отсутствует требования поставки в медицинские учреждения только сертифицированных изделий?

И действительно, кто дает зеленый свет явному контрафакту и почему ни власти на местах, ни медучреждения, ни подрядные организации, ни контролирующие органы не в состоянии остановить это прямое нарушение законодательства? По незнанию законов, преднамеренному умыслу, простому разгильдяйству? Можно лишь только догадываться.

При реализации президентского проекта модернизации системы здравоохранения, и не только его, любая поставка медицинской мебели чаще всего проходит через генерального подрядчика, который самостоятельно определяет субподрядчиков на поставку мебели на тот или иной объект. Определяет из своих экономических соображений, которые часто идут вразрез с законодательными требованиями к такой продукции.

Один из примеров тому – капитальный ремонт инфекционной больницы в Набережных Челнах, который осуществляет один из местных генподрядчиков. Известная и солидная компания, она как победитель аукциона на капремонт больницы определила и своего поставщика мебели, который всегда работает на объектах этого генподрядчика. Но мебель этой компании не сертифицирована, она не соответствует жестким санитарно­гигиеническим нормам, предъявляемым к медицинской мебели, какой бы хорошей ни была для использования в других сферах.

Руководитель исполкома Набережных Челнов Ринат Абдуллин, получив от «Элиты­Проф» письмо с изложением этих фактов, мягко обошел обозначенную проблему. Поблагодарил за информацию и напомнил, что та мебель, которая используется в процедурных кабинетах и лабораториях, должна быть произведена в строгом соответствии с нормативными требованиями. А, например, в гардеробных, регистратурах и т.д. можно использовать обычную мебель. Рассмотрели, что называется, сигнал…

– Я не за то, – делает акцент Флюра Арсланова, – чтобы другие предприятия не допускались к поставкам мебели в мед­учреждения, не за то, чтобы перетянуть тот или иной заказ на себя, заказов у нас достаточно. Я за соблюдение законодательства в этом вопросе, за социальную и профессиональную ответственность перед больными и честную, в конце концов, конкуренцию в сфере таких поставок. Душа болит за любимый Татарстан. Почему в этой важнейшей сфере не можем навести порядок? За пределами республики могут, а мы не можем?

И коллектив не может понять: такая работа проделана по медицинскому направлению: тратим деньги на разработку и производство новых моделей, внедрение новых технологий, покупку специальных материалов, за сертификацию, участвуем в тендерах… А оказывается, что можно производить и реализовывать медицинскую мебель, не обременяя себя подобными обязательствами. Надо разрубать этот узел.

Куда только не обращалась Флюра Арсланова, поднимая важную для общества и бизнеса проблему. И напрямую к генподрядным организациям, руководителям медицинских учреждений, местным властям, в Минздрав республики, даже в Госдуме России на встрече с депутатами подняла наболевший вопрос. Сделала официальный запрос и в Роспотребнадзор и получила такой же официальный ответ. Мол, на этапе поставки мебели мы не имеем права осуществлять государственный контроль в сфере закупок. Но после того как объект сдан и кто­то проинформирует нас о несоответствии изделия требуемым нормам, только после этого мы имеем право приехать на этот объект и потребовать замену мебели за счет заказчика!

– Все четко, по букве закона, – констатирует Флюра Закариевна. – Но вывод­то один: ответственность за чистоту сделки кто­то должен нести на момент заключения соответствующего договора. И ответ вроде очевиден – договаривающиеся стороны. Но почему никто из сторон до сих пор не обжегся?

В мае этого года Флюра Арсланова обратилась с официальным письмом в Ассоциацию предприятий малого и среднего бизнеса РТ с просьбой поднять эту тему перед соответствующими министерствами, в первую очередь перед Минздравом, Министерствами экономики и экологии.

– Председатель Ассоциации обнадежил, – сообщила директор ООО «Элита­Проф». – «Как только закончится чемпионат по футболу, поднимем эту тему». Посмотрим, каково будет дальнейшее движение.

Действительно, посмотрим. А нашему изданию очень бы хотелось услышать реакцию на поднятую проблему от тех, кто непосредственно контролирует реализацию президентской программы модернизации первичного звена системы республиканского здравоохранения.

Алексей ДВИНСКИЙ

ОСТАВЬТЕ КОММЕНТАРИЙ

Прокомментируйте
Пожалуйста, введите свое имя