Поколение «советикус»

0
18

Недавно в редакцию журнала «Элита Татарстана» поступило эмоционально-насыщенное содержательное письмо известного писателя, публициста, автора многих исторических книг — Рабита БАТУЛЛЫ. Тема, которая так заинтересовала автора, а речь идет о русскоязычных татарах и угрозе исчезновения родного языка, является актуальной для татарского народа уже с 1990-х годов — с того самого момента, когда в республике наблюдался небывалый подъем национального самосознания. Самые ярые националисты тогда вдруг осознали, что большинство татар говорит исключительно на русском языке, и стали называть их обидным словом «манкурт», то есть человек, забывший прошлое, отказавшийся от национальных традиций, потерявший нравственные ориентиры и ценности. Понятно, что без знания родного языка трудно говорить о подлинной причастности к духовным традициям народа. Но можно ли обвинять в этом целые поколения, выросшие в Советском Союзе, где десятилетиями подрывались традиции и преемственность языковой культуры народов? С другой стороны, ребенок получает воспитание и представление о своей национальности и ее основных составляющих, прежде всего, в семье, а родителям ведь никто не запрещал учить своего ребенка всему необходимому. Так что эта проблема, как и любая другая, имеет две стороны медали. Сегодня мы представляем на ваш суд как мнение известного писателя, так и точку зрения председателя Всемирного Конгресса татар Рината ЗАКИРОВА. 

Обрусевшие или же русскоязычные?

Среди русскоязычных татар немало тех, кто активно интересуется прошлым, настоящим и будущим татарского народа. Обычно такие татары носят европейские, русские имена под татарскими фамилиями, как, например, Альберт Мифтахов, Михаил Шамсутдинов, Виктор Абдуллин. Они начитанны, но их недостаток — незнание татарского языка. При разговоре один из таких обрусевших татар высказал свое отношение к данному вопросу:

— Друг мой, я не обрусевший, — начал он. — Я русскоязычный татарин. Язык — не основной компонент определения нации. И не религия составляет основу нации. Историю и лицо татарского народа составляют знание, наука и национальный характер. Если отсутствует знание, то история исчезнет. Те, кто хорошо владеет татарским языком, обычно бывают малограмотными. Обрусевшие татары более организованны, я бы даже сказал: более интеллигентны. Те, кто во все горло кричит: «Моя татарская нация, мой татарский народ!», являются, в основном, малограмотными фанатиками, они даже свою-то историю знают понаслышке, мировую историю вообще не знают, они громко кричат об исламе, но не соблюдают законы шариата. И те женщины, которые демонстративно закутываются в платки, выставляя напоказ свою принадлежность мусульманству, в прошлом были продавцами пива и водки, и эти спекулянтки вдруг стали абыстаями. Бывшие атеисты, коммунисты вдруг стали муллами. Слов нет, если они искренне покаялись и встали на путь истинный, слава Аллаху. Таким — уважение и восхищение, спасибо им! Но ведь немало и тех, кто следует лишь моде. Если вдруг ход событий изменится в другую сторону, они же первыми сбросят с себя каляпуши, платки и достанут надежно спрятанные партбилеты. Татарские депутаты в большинстве своем озабочены личными интересами. Их не особенно волнует история, печальное положение родного языка, будущее татарской нации. Позвольте заметить в связи с этим: судьба татарской нации не столько в их руках, сколько в руках у русскоязычных татар. Они спасут историю татар, жертвуя родным языком и исламом. В основе светлого будущего нации лежит ее национальный характер. Вы, татарские националисты, берите пример с евреев. Евреи испокон веков вынуждены были скитаться по миру, их изгоняли отовсюду, их преследовали, убивали массами и, наконец, они осели в России, где стали русскоязычными. Они даже забыли религию отцов, но сохранили национальный характер. Еврея можно безошибочно узнать по лицу и по поступкам. Их национальный характер — это взаимопомощь, круговая порука, они не бросают друг друга в беде. Еврей никогда не забудет тех, кто когда-то ему помогал, независимо от их национальной принадлежности. Ни для кого не секрет, что русскоязычные еврейские деятели внесли огромный вклад в развитие российской литературы и искусства. А вы ругаете нас только за то, что мы не знаем татарского языка. Но значит ли это, что не обрусевшие татары верны отцовским традициям? Посмотрите. Татарская интеллигенция начисто отказалась от настоящих татарских имен. Справочники известных общественных деятелей наводнены чуждыми для татар европейскими именами, такими, как Рафаэль, Роберт, Клара, Луиза, Эдуард, Альберт, Марсель: полная эклектика. Слава Аллаху, у меня имя татарское: Ихлас.

Да, я не владею татарским языком, но я прочитал несколько произведений татарских писателей в переводе, и могу сказать, не в обиду вам: это суррогат, повтор, вторично-третичные сюжеты и темы, давно пройденный этап в мировой литературе. Я не читаю произведения татарских писателей, но взахлеб читаю книги, посвященные древней истории своего народа, написанные талантливыми историками. Литература и искусство, созданные русскоязычными татарами, такими как, М. Львов (Рафкат Маликов), Р. Кутуй, А. Мифтахетдинов, Д. Валеев, Р. Мирхайдаров, Р. Солнцев (Ринат Сутиев), Р. Нуриев, И. Мухамедов, С. Губайдуллина, принадлежат российской и мировой культуре.

Мы — не обрусевшие, мы — русскоязычные, любящие и изучающие свою историю. Никто не сможет остановить или же замедлить процесс русскоязычия. Поезд ушел. Обратного пути нет. Этому языку пришел инкираз (исчезновение). Почти все татарские школы за пределами республики закрыты. В школах Татарстана уроки татарского языка постепенно сокращаются. Государственным этот язык по-настоящему не был и вряд ли будет. Вы нас отрицаете и принимаете за русских, русские же считают нас татарами. А куда же нам деваться. Объединиться! И это объединение укажет путь в будущее новой татарской нации. И не считаться с нами, по крайней мере, неумно.

Вот такой разговор, вернее, монолог состоялся не так давно. Разумеется, в конце концов, принадлежность человека к данному народу решает не имя, а его деяния. Русский человек Александр Ключарев, прекрасно владеющий фольклорной музыкой татар и татарским языком, стал выдающимся татарским композитором. Русская девушка Елизавета Шляхтина стала выдающейся артисткой татарского театра Лизой Сыртлановой. Татарский народ будет гордиться их творчеством всегда. В то же время татары, с именами пророка Мухаммеда или первого карачи Булат бека, могут так напакостить татарскому народу, что за сто лет не отскребешь эту пакость, и любой нетатарин покажется настоящим святым.

Так называемые «русскоязычные» татары, в большинстве своем не виноваты в том, что не владеют родным языком. Они стремятся приблизиться к проблемам своего народа, изучают историю, пытаются учить язык. Но некоторые индивидуумы из кичливых татар своим грубым, бестактным отношением отталкивают их от общего дела. Отвергнутые остаются между двумя огнями. Собственно, крайние националисты делают грубейшую ошибку тем самым. Ведь некоторые из отвергнутых уходят в стан оппозиционеров и совершают больше вреда татарскому народу; как правило, они даже становятся прислужниками шовинизма. Радует только то, что большинство, хотя и зажав обиду на сородичей, все равно стремятся к сближению со своим народом.

Иногда можно услышать из уст некоторых казанских татар такую фразу: «Кряшены — предатели ислама и татарского народа». Тогда каким же образом кряшены ревностно охраняют чистоту татарского языка без примеси арабо-персидских слов? А для того, чтобы стать предателями ислама, сначала нужно быть мусульманами. Настоящие мусульмане-татары не соглашались креститься и, бросив свое богатство на произвол грабителей, уходили в горы, степь, леса, подальше от Казани. Насильно крещенные татары вскоре вернулись в ислам, их называют возвращенцами. Те же, кто из-за привилегий соглашался принять христианство, забывали татарский язык и обычаи, становились русскими, они не кряшены. Предки сегодняшних кряшен никогда не были в исламе. Будучи язычниками, они приняли от миссионеров христианство, минуя ислам, и никогда не предавали его, ревностно охраняя родной татарский язык. Поэтому уговаривать или заставлять сегодняшних кряшен принять ислам — дело бесперспективное, я бы даже сказал, вредоносное. Какой веры держится народ — решает он сам, и вмешиваться в его религиозные дела, мягко говоря, было бы бестактностью.

Порой из уст крайних националистов можно услышать и такую фразу «Мишары — предатели. Они помогали московским войскам разрушить Казань». Во-первых, в составе войск свергнутого хана Шах Гали, штурмовавшего казанскую крепость, были не только мишары, но и казанские татары-перебежчики, и татары-казаки из других ханств, сбежавшие на службу к русскому царю. Так что обвинение целой этнической группы мишар в предательстве ничем не обосновано.

Не так давно подобные обвинения можно было услышать и в адрес крымских татар. Вспомним историю. Киев был сдан фашистам без единого выстрела, фактически все полицаи были украинского, русского, белорусского происхождения. Некоторая часть их вообще сражалась против Красной Армии. Но ведь мы их не называем предателями и не изгоняем с исторической родины, как крымских татар. Тем более что они ожесточенно сопротивлялись фашизму, начиная с легендарного летчика, дважды героя Ахмедхана Султана и заканчивая рядовым солдатом.

Вот такие провокационные воззвания официальной пропаганды и крайне настроенных татар раздробляли саму нацию на мелкие народности. Нет кряшен, мишар, типтяр, есть единый народ — татары, объединяющий все эти этнические группы. К примеру, в Китае проживают 56 народностей, но все они входят в состав великой китайской нации. В России есть киржаки, есть кацапы, отличающиеся друг от друга в языке и в быту, даже в религии, но все они называются русскими. Отличия в говоре, в религии не могут разъединить единую нацию. Такие межэтнические разногласия льют воду на мельницу антитатарских сил, которые называются «разделяй и властвуй».

На страницах периодической печати годами идет изнурительная тяжба ученых, журналистов, не достойная людей высокого звания. Речь в таких публикациях не о насущных проблемах республики, а о мелких дрязгах между коллегами. Необоснованные обвинения некоторых деятелей татарского искусства и литературы, порой переходящие границы журналистской этики, ставят под удар демократию. Эти «отравленные стрелы», пущенные в отдельные личности, рикошетом попадают в высокое руководство. Ведь скоро начнется предвыборная кампания. И таким элементам, видимо, выгодна обстановка недоверия и нестабильность в республике.

Выдающийся скульптор Баки ага Урманче как-то сказал: «Господа татары! Если вы хотите стать представителями единой нации, то перестаньте писать друг на друга кляузы, перестаньте подзуживать мишар, кряшен, башкир, чувашей и русскоязычных татар друг против друга. Это будоражит не только татар, но и всю Россию».

Я бы не согласился с некоторыми выводами моего собеседника Ихласа, например, об инкиразе (исчезновении) языка. Да, татарский язык прошел «огни, воды и медные трубы» в течение многих лет после ликвидации государственности. Но это не говорит о том, что он на грани вымирания. Современная татарская литература богата талантами. Но, думаю, что мой собеседник по-своему прав: не признавать проблему русскоязычных татар нельзя, он прав и в том, что необходимо объединить русскоязычных татар, сдружить их с остальными региональными группами. Для этого есть, к примеру, такой путь: в каждом регионе создать общество молодых разноязычных татарских интеллигентов и созидать в направлении решения насущных проблем вместе с преуспевающими татарскими бизнесменами.

Ринат ЗАКИРОВ: Духовность — это не только религия

— Ринат Зиннурович, на ваш взгляд, становится ли сегодня татарский язык по-настоящему государственным — не на бумаге, а в реальной жизни?

— Что мы имеем в виду, когда говорим «государственный язык»? Это, прежде всего, язык, на котором ведется делопроизводство в государстве. В этом смысле особых проблем нет. Во всех структурах, как в высших эшелонах власти, так и в администрациях районов и городов Республики Татарстан, все документы дублируются на двух языках. А вот когда мы говорим о государственном языке, функционирующем во всех сферах жизни, то здесь приходится делать большие оговорки. Используется ли татарский язык большинством или хотя бы половиной присутствующих на любом совещании, мероприятии, когда татарин сам, по своей инициативе говорит на родном языке? Нет, к сожалению, такого не происходит. А значит, говорить о полноправном функционировании двух языков не приходится. Для этого нужны указы и государственные программы. Надо создавать условия для функционирования языка, потребность в полноценном общении. Это, в первую очередь, дело государственное. Во-вторых, очень важно понимание самим населением того, что это не только язык предков, но язык, на котором можно решать вопросы политики, бизнеса, культуры и другие проблемы. Для того, чтобы осознать это, нужны не пять-десять лет, а несколько десятилетий напряженной работы.

— Что нужно делать, чтобы повысить престиж языка?

— Если кто-то считает свой родной язык непрестижным, то это просто комплекс неполноценности, от которого надо избавляться. Говоря о престижности языков, можно любой из них подвести под это понятие. Представьте себе, весь мир начал бы говорить только на английском языке. Как это было бы бедно, однообразно и неинтересно. В том-то вся и прелесть, что на сотнях языках общаются народы мира, и никто не считает свой язык ущербным, бедным или некрасивым. Более того, это духовное богатство.

Важно и то, как поставлен процесс изучения родного языка. Вот когда началась перестройка, говорили, что обратного пути уже нет. А в деле утверждения двуязычия опасность поворота на сто восемьдесят градусов все еще сильна. Поэтому во всех образовательных учреждениях республики должно быть понимание того, что Татарстан является примером для других регионов с точки зрения сохранения и возрождения функций языков всех народов, проживающих здесь. Если сегодня семья и общество не повернутся лицом к родному языку, будет потеряна связь, скрепляющая традиции, культуру, веру поколений. Именно в семье и сфере образования формируется отношение общества к родному языку. Нельзя требовать, чтобы водитель трамвая знал два языка, если он не получил основы татарского ни дома, ни в детском саду, ни в школе, ни в вузе. Здесь мы даже не можем кого-либо критиковать, как, к примеру, не можем обвинять человека, не верующего в Бога. Это личное дело каждого, тесно увязанное с внутренними убеждениями. Сегодня мы очень серьезно должны поставить вопрос перед учебными заведениями: почему они слабо выполняют заказ общества и, прежде всего, родителей, доверивших им своих детей. Многие учебные заведения, по сути, не несут никакой ответственности за безучастное отношение к исчезновению родных языков. Пора бы и государству отказаться от пустых деклараций и потребовать от всех выполнения законов, призванных сохранять языки народов, живущих на нашей земле.

— Как вы относитесь к термину «русскоязычные татары»? Много лет идет дискуссия по этому поводу, некоторые называют их «манкуртами», другие говорят, что таких сейчас большинство и надо относиться к ним с пониманием. Ваше мнение по этому поводу?

Это реалии современной жизни. «Манкуртами» многие татары стали поневоле. В этом можно видеть плоды ассимиляции, проводимой в отношении нашего народа на протяжении столетий. Особенно это давало себя знать в советское время. С такой категорией наших соотечественников, безусловно, необходимо работать, тем более что они продолжают считать себя татарами. Как-то в одном из своих выступлений я выдвинул предложение о необходимости проведения этнореабилитации таких людей. И тут необходимо выработать механизмы этой работы. Такие сложные проблемы всегда в центре внимания Всемирного конгресса татар. Но в то же время хочу подчеркнуть, что каждый представитель татарского народа должен чувствовать моральную ответственность за судьбу родного языка, национальной культуры, традиций и обычаев предков. Тут важно не сидеть, сложа руки. К примеру, современная татарская молодежь Казани объединилась в движение «Узебез» и проводит массовые акции «Мин татарча сойлешем» («Я говорю по-татарски»). Вот добрый пример для всех нас.

— Как складывается жизнь представителей татарских диаспор в регионах страны? Они хорошо знают свой язык и традиции?

— Если даже в Татарстане мы не достигли желаемого, так чего же ожидать от других регионов? 75% татар проживают за пределами республики, там, где властям до твоего языка нет никакого дела. Конечно, такой большой народ, как татары, сам способен к внутренней саморегуляции, но ведь для этого и внешние благоприятные условия должны быть созданы. А искусственный отрыв от привычных языковых корней, политика ассимиляции разрушает народ. Было бы прекрасно получать полноценное образование на нескольких языках. Тем не менее, отрыв начальных классов от обучения родному языку — это нонсенс, но сегодня именно такую линию ведет Министерство образования РФ. Необходимо заложить язык матери именно в таком раннем возрасте (семья — детский сад — начальная школа). В идеале любой народ имеет полное право получать образование на родном языке. Это предусмотрено всеми российскими и международными нормами.

Есть регионы, где организованно поставлена работа через СМИ, школы, другие учебные заведения. Но по многим причинам образовательный процесс ведется исключительно на русском языке: где-то татарские учителя вышли на пенсию, нет кадров, где-то ссылаются на отсутствие учебников. А в результате молодое поколение не имеет возможности обучаться своему родному языку. В плане приобщения к татарскому языку нам в какой-то степени удалось использовать возможности спутникового телеканала «Татарстан — Новый век». Во многих регионах татары стали устанавливать спутниковые тарелки. Благодаря поддержке нашей республики и при помощи местных властей стала возможной трансляция «ТНВ» и через кабельное телевидение. А в некоторых отдаленных селениях, районах обошлись без дорогостоящей спутниковой антенны, стали использовать общественные передаточные устройства. То, что во многих регионах смотрят татарстанское телевидение, это большое подспорье для приобщения родному языку. Но, конечно, этого недостаточно. Если мы говорим о том, что в стране создается гражданское общество на демократических условиях, это значит, что каждый народ должен иметь все права и возможности сохранения своего языка, культуры, обычаев и традиций. Могу сказать, что в регионах России уровень понимания властями этого есть, но реальная поддержка наблюдается далеко не везде. Ведь нужны педагоги. Где их готовят? В Татарстане. Учебники надо заказать. Где их издают? В Татарстане. Это целая система. В рыночное время наша республика не может безвозмездно предоставлять и кадры, и необходимые пособия. Страна-то большая. Вот почему Татарстан настойчиво добивается подписания нового Договора между республикой и федеральным центром. Ведь наши соотечественники в регионах законопослушны и исправно платят все налоги. В Татарстане готовы печатать учебники в необходимом количестве, но, в прошлом году, например, из 89 российских регионов заказали издания всего семь.

Могу отметить Ульяновскую, Саратовскую, Самарскую области, Удмуртию, где не ждут благ сверху, а сами создают школы, открывают их, обеспечивают всем необходимым. Соответственно, там кипит полноценная духовная жизнь. Повторюсь, главное в жизни национальной общины — образовательная система, от которой зависит очень многое. Важно также, чтобы они объединяли вокруг себя, кроме школ и мечети, коллективы художественной самодеятельности, кружки национальной спортивной борьбы «Куреш», являющиеся главным атрибутом национального праздника Сабантуй. То есть там, где есть конкретная помощь в сохранении культуры своего народа, там жизнь более насыщенная, более духовно развитая. Ислам там является некой цементирующей силой духовности, благодаря чему возникает, например, особое уважение к старшим. В то же время мы знаем регионы, где татар много, но самосохранение идет почти исключительно через религию, ислам. Татарских школ там нет, и сохранение языка и традиций достаточно проблематично.

— Сегодняшняя компьютеризация, информатизация всех сфер жизни способствуют ли сохранению родного языка?

— Татарский сегмент Интернета — явление относительно молодое и перспективное. Нас радует и рост таких сайтов, и их содержательность. Разумеется, все это способствует повышению интереса к родному языку. Особенно среди молодежи. Мы в этом убедились сами в период подготовки и проведения двух всемирных форумов татарской молодежи (2004 и 2006 годов). Радует, что наша молодежь восприняла их не как формальные мероприятия, а заинтересованно, как свое. Жаркие дискуссии завершались блестящими концертами татарской песни и танца. Если есть такая молодежь, значит, у нашего народа есть будущее. К тому же татарский сегмент Интернета — это то пространство, которое объединяет духовную жизнь единого народа, волею судьбы расселенного не только в России, но и на всех континентах.

Альбина СУЛТАН

ОСТАВЬТЕ КОММЕНТАРИЙ

Прокомментируйте
Пожалуйста, введите свое имя