В приоритете – эксперименты

0
57

Когда 2019 год был объявлен Президентом страны Владимиром Путиным Годом российского театра, многие творческие коллективы воодушевились. Ведь Год театра предполагает не только проведение ярких событий, фестивалей, конкурсов, но и решение актуальных проблем, а их немало. Это необходимость капитального ремонта в зданиях, устаревшая материально-техническая база, низкая заработная плата актеров региональных коллективов и многое другое. Проблемы, будни и заботы во многих театрах одни и те же. Об этом и не только наш разговор с главным режиссером Казанского татарского ТЮЗа им. Г. Кариева Ренатом АЮПО­ВЫМ. Мы не случайно решили поговорить именно с ним, ведь коллективам, ориентированным на детей и подростков, в последние годы уделяется особое внимание государства.

 

Ренат Мирзахасанович, вы уже 15 лет возглавляете татарский ТЮЗ, но до этого были главным режиссером в разных театрах республики, включая творческие коллективы в Альметьевске, Мензелинске, Набережных Челнах, Оренбурге, Уфе. Скажите, пожалуйста, чем отличаются театры небольших населенных пунктов от расположенных в городах­миллионниках?

– Чем дальше творческие коллективы от мегаполисов, тем более фанатичны, одержимы искусством, они не знают, что такое покой, нацелены на эксперименты, на поиски, при этом достаточно гибкие и отвечают на запросы зрителей разных возрастов и национальностей. А чтобы был результат в творческой среде, как раз и нужно фонтанировать идеями, заявлять о себе, предлагать что­то интересное и, может, даже подключать спонсоров, хотя это непросто.

Что касается проблем, общих для всех театров, где мне удалось поработать, то, конечно, трудности были связаны с финансированием. Специалисты понимают, насколько сложно поставить спектакль на 60 тысяч рублей (а именно в эту сумму на протяжении многих лет должен был уложиться театр, исходя из бюджетных дотаций). Поэтому приходилось экономить то на декорациях, то на работе композитора, то еще на чем­то, выбирая наименьшее из зол. В результате терялась художественная ценность спектакля. Зато сейчас, вернее уже несколько лет, у театров есть реальная возможность воплощать свои творческие идеи, получая финансовую подпитку от государства. Я имею в виду гранты. Сегодня по линии «Единой России» реализуются проекты «Театры малых городов России» и «Театры – детям». Важно, что государство дает возможность творческим коллективам даже в самых маленьких городах со скромными финансовыми возможностями браться за самые смелые идеи, приглашать режиссеров со стороны и ставить спектакли на совершенно новом уровне.

Грантовая поддержка очень актуальна. Но, думаю, речь идет о творчески оправданных проектах, спектаклях, которые должны вызывать интерес, может быть, даже общественный резонанс?

– Конечно. Государство не будет выделять средства на пустые, никому не нужные постановки. Нужна оригинальная идея, которая способна либо дать ответы на важные проблемы современности, либо как­то пробудить человека к доброму, светлому, вечному. Чтобы обосновать заявку для гранта, надо доказать актуальность проекта, его уникальность, инновационный характер, обоснованность позиций сметы, вплоть до объяснения того, зачем мы хотим пригласить того или иного режиссера для данного проекта. Это непросто, зато, когда выигрываешь грант, как будто второе дыхание открывается! В выборе темы для спектакля мы всегда были относительно демократичны, но вот с приглашением московских режиссеров могли возникнуть проблемы финансового характера. Теперь этот вопрос решаем. Вы, наверное, сами заметили, во многих театрах Татарстана периодически работают приглашенные режиссеры, что только на пользу: и актеры учатся работать по­другому, и зрители получают разноплановый репертуар. Когда все постановки в руках одного режиссера, теряется эффект новизны. А театральное искусство – удивительный мир, где можно проявить себя с неожиданных сторон. Это мир, где белый платок может ассоциироваться с парусником, а палка – с космическим кораблем. И у каждого режиссера свое видение того, как воплощать в жизнь ту или иную идею.

Что касается грантов, в год можно подавать заявки сразу на пять спектаклей. Можно выиграть грант на постановку одного из них, а можно – и всех пяти. В прошлом году, к примеру, мы подавали заявки на три спектакля, и все три успешно. И я рад тому, что 2019 год объявлен Годом российского театра, потому что это знак того, что к культуре уже не относятся как к чему­то вторичному. Понимаете, когда работаешь в коллективе, тем более рассчитанном на детскую аудиторию, и не хватает средств на декорации, костюмы и еще на что­то, в итоге получается не то, что ты ожидаешь изначально. А детям не надо знать, что в театре какие­то финансовые проблемы, они приходят к нам увидеть сказку, добрую историю, получить положительные эмоции, сделать какие­то важные выводы для себя. Иначе какой смысл? Кстати, открывая Год российского театра в Атнинском районе, Президент Татарстана Рустам Минниханов сказал, что республика будет поддерживать государственные и муниципальные театры, но от коллективов, конечно, ждет достойных постановок.

А когда вы приглашаете режиссеров из других городов, они всегда соглашаются? Для них определяющим является финансовый вопрос или содержание постановки?

– Одинаково важно и то и другое. Не все решают деньги. Любому режиссеру, даже самому именитому, полезны и интересны перемены, как географического характера, так и возможность показать себя в новом коллективе. Например, на одну из постановок мы пригласили в этом году знаменитого режиссера Феодори, у него свой театр и загруженность на долгие месяцы вперед, но и ему интересно получить опыт в другом коллективе. Режиссеры, конечно, могут приехать со своими композиторами или сценографами, работа которых будет оплачиваться отдельно. Это тоже важно, потому что театр должен меняться, находить новые стили, эксперименты, тем более, если речь идет о творчестве, рассчитанном на юную публику.

Поскольку репертуар вашего театра рассчитан на детей и молодежь, скажите, пожалуйста, чем можно привлечь современных подростков, ведь их гораздо больше интересуют гаджеты, чем культура в ее традиционном виде?

– В Татарстане всегда преобладал классический психологический театр. Но сегодня даже он в поисках новых творческих форм. Сами видите, на фоне общероссийского театрального подъема появляются альтернативные площадки, конкурсы молодой драматургии, лаборатории.

Современные дети много знают и многое понимают на интуитивном уровне, и важно относиться к ним как ко взрослым. Что это значит? Надо быть предельно искренними, доверительными, суметь завладеть вниманием так, чтобы ребята сами увлеклись содержанием происходящего на сцене и забыли на время о своих телефонах. У детей развито клиповое мышление, для них главное, чтобы вокруг все менялось, чтобы был ритм, движения, динамика. Мы все это учитываем, но практикуем и такие спектакли, которые интересны для семейного просмотра. Кроме того, привлечь школьников можно не только через содержание, но и через формат. К примеру, недавно у нас состоялась премьера спектакля «Лейла и Меджнун» в камерном формате, то есть когда зрители находятся прямо на сцене вместе с актерами. Декораций на сцене минимум, зато артисты могут неожиданно появиться прямо у зрителей из­за спины, или из темноты внезапно вылетает метательный дротик и с громким стуком врезается в висящую на стене цель. Это непривычно и интересно, когда чувствуешь себя участником действия, а не наблюдателем. «Лейла и Меджнун» – первая камерная постановка Татарского ТЮЗа.

А для самых маленьких мы практикуем экспериментальные постановки бэби­театра, например, сказку Йолдыз Миннулиной «Зухра» в постановке Ксении Шачневой, когда малыши не только смотрят спектакль, но потом с помощью бумаги раскрывают то, что увидели. Мы предоставляем им картон, краски, клей, и они с удовольствием при помощи актеров начинают под впечатлением от увиденного что­то клеить, рисовать. Тем самым познают театральное искусство и учатся создавать красоту своими руками. И в каждом театре сегодня пытаются находить новые методы воздействия на зрителей. Это естественно, ведь творчество должно быть в постоянном развитии. Для привлечения аудитории важно разнообразить спектакли, чтобы они отличались и форматом, и тематикой, и наличием спецэффектов.

Если говорить непосредственно о содержании, то, например, в нашем театре примерно 70% занимает национальная драматургия. Оставшиеся 30% – русская зарубежная классика и современные пьесы, вплоть до самых молодых авторов. Вообще, стараемся как можно чаще привлекать молодежь для работы. Я имею в виду и режиссеров, и сценаристов, и хореографов. Конечно, следим за выступлениями участников конкурса «Новая татарская пьеса», который проводится каждые два года благодаря инициативе Татарского государственного академического театра имени Галиасгара Камала. Хотя не секрет, что татарская драматургия переживает кризис. Те, кто пишет для театра, чаще всего идут по проторенному пути, повторяют старые темы, поэтому поиск достойного материала для постановок у режиссеров занимает время. Выручает проза – зарубежная и российская.

А что вы не приемлете в театрах? Что недопустимо для авторов постановок, на ваш взгляд?

– Мат недопустим. Особенно в детских и молодежных спектаклях. Нельзя воплощать в жизнь какие­то безрассудные идеи только для того, чтобы проверить, как их примет зритель. Всегда есть моральные границы дозволенного.

Вы наверняка общаетесь с коллегами из других театров российских регионов и зарубежья. Какой опыт вы хотели бы перенять?

– Однажды я побывал на международном фестивале детских национальных театров в Турции. Меня поразил тот факт, что просмотр спектаклей в театрах входит в местную систему образования. То есть для детей вход бесплатный. И школьники приходят в театр как к себе домой, где получают многое для своего духовного развития. Меня это поразило. Это положительный опыт, только как его воплотить на практике – другой вопрос.

Альбина ТИЛЕКЖАНОВА

ОСТАВЬТЕ КОММЕНТАРИЙ

Прокомментируйте
Пожалуйста, введите свое имя