Все то золото?

0
34

Появилась возможность добавить денег в экономику не за счет принципиальных изменений денежно-кредитной политики Центрального банка, а просто за счет перерасчета активов и капитала, прежде всего самого ЦБ и затем – коммерческих банков. Речь идет о введении так называемого Базеля III – международного стандарта перерасчета банковских активов и капиталов. Стандарт этот формируется Базельским комитетом по банковскому надзору при Банке международных расчетов.

 

Никто не будет спорить с тем, что денежно­кредитная политика Центробанка – то есть его жесткая монетарная линия – доставляет массу неудобств субъектам экономики. И любая «песня» у нас заканчивается одним «припевом»: экономика «недомонетизирована», а золотовалютные резервы чрезмерно большие…

Одни уверяют, что ставка высока, кредит недоступен, банки слабосильны. Бизнес умирает, и деньги в него надо вливать, как физраствор. И не надо бояться «излишних денег». Они делают экономику «бойчее». Другие не менее образно называли главную болезнь российской экономики «недержанием капитала». Сколько ни вливай «слабительного» в виде денег, больной не поправится. Будешь понижать ставки – капитал побежит из страны еще быстрее. Ликвидность, которую введут в банки, будет конвертирована в валюту и выведена за рубеж. С вредом от «торможения экономики» еще можно поспорить, особенно в стране, где теневой сектор захватывает чуть не половину работающих, а вот с угрозой моментальной инфляции и вывода капиталов надо считаться как с первоочередной.

Это, конечно, вопрос – про вывод капитала и скачок инфляции. ЦБ держит высокую ставку, а вывод нисколько не ослабевает, и цены ощутимо растут по вине, главным образом, естественных монополий. Но и «недомонетизация» тоже в значительной степени хитрое явление, где роль рубля внутри страны частично выполняют иностранная валюта, денежные суррогаты типа биткойнов и другой криптовалюты, колионы, деньги Гезелля, бартер, взаимозачеты (клиринг)…

Но вот на горизонте возник Базель III – международный стандарт перерасчета банковских активов и капиталов.

Активы, включаемые в капитал, разделяются на категории. В первой категории находятся доллары, другие свободно конвертируемые валюты, гособлигации, акции самых надежных эмитентов типа Казначейства США – в общем, деньги. Золото было выведено из состава «денег» еще в 1970–1980 годах, приравнено к обычному биржевому «товару» типа, скажем, кофе или зерна и помещено в третью категорию. Оно должно было оцениваться в 50% от рыночной цены.

Это стало следствием того, что доллар заменил золото в роли «мировых денег».

Почему Базель II так низко оценивал золото? Размер капитала прямо связан с размером выдаваемого кредитного ресурса. Международный комитет по банковскому надзору, настаивая на оценке в 50% рыночной цены, ограничивал банки в их активности, памятуя о кризисе 2008 года.

К слову сказать, чтобы доллар на рынке держался выше золота, была сформирована система биржевой торговли золотом, которая исключала перемещение реального металла – все операции совершались только на бумаге, и они во много раз превышали все реально существующее в мире физическое золото. Это позволяло искусственным образом занижать биржевую цену золота. При этом соблюдается правило, что доллар привязан к нефти и цена барреля нефти не должна быть ниже одного грамма золота.

Базель III, новый стандарт, причислил золото к первой категории и разрешил оценивать золото уже в 100% рыночной стоимости. То есть размер капитала может прямо на глазах вырасти путем простой арифметической операции переоценки – как может вырасти и право на выдачу кредитов. Есть правило, именуемое кредитным мультипликатором, которое позволяет банкам на 1 рубль, внесенный на депозит вкладчиком, выдавать, к примеру, 5 или даже 10 рублей кредитов – виртуальных, безналичных, электронных. Можно как в случае с долларом и до 25 нарастить множитель. После перевода золота в разряд «денег» этот «мультипликатор», стало быть, будет работать намного сильнее. Это относится как к коммерческим банкам, так и к ЦБ, который теперь может законным образом влить в экономику почти три триллиона дополнительных кредитных рублей. Это почти 45 миллиардов долларов.

Будет ли произведено данное «вливание»? Это вопрос. И решаться он будет достаточно долго. Никто не может определенно сказать, как это «вливание» отразится на инфляции. Нет пока новостей и о существенном росте цен на золото. Правда, есть уверенность, что таковой непременно случится уже осенью. Но кто его продавать будет, если оно всем понадобится?

Прогнозируют, что рост цены на золото приведет к росту цены на нефть. Появятся, стало быть, и новые объемы денежной массы для обслуживания всей этой динамики, то есть понадобятся всякого рода ценные бумаги, в которые надо будет закачивать новые объемы денег. Ждут, что биржи просто не справятся с этой задачей, что кризис фондового рынка примет глобальный характер. Есть мнение, что именно опасность резкого удорожания нефти с последующим неизбежным сокращением спроса на нее не дадут воспользоваться дополнительными возможностями эмиссии денег. Но пока все больше толкуют про выполнение соглашений ОПЕК и про возможное перепроизводство нефти, падение цен на нефть…

Однако после переоценки золотовалютных резервов в странах, где золотой запас превышает тысячу тонн, определенная эмиссия все равно случится. Всем захочется покрыть новыми деньгами дыры в бюджетах, старые долги.

Кое­кто прогнозирует даже военные действия. Дело в том, что страны, которые уже начали отход от доллара, побегут от него еще быстрее. Страны, чья финансовая система целиком завязана на долларе, попадут в кризисную ситуацию. Затрещат по швам экономические и политические союзы.

Это, так сказать, общий смысл последней, третьей редакции банковского «Базеля». Почему вдруг его приняли как новость нынешней весной? Ведь «Базель» обсуждают, держат в поле зрения уже лет двадцать. А Базель III утвердили еще в 2010 году. Начальный график предполагал внедрение стандарта в 2012–2018 годах. Потом прибавили еще год. Теперь вроде бы речь ведут уже о 2022 годе, в том числе и наш ЦБ. Центробанки многих стран устанавливают для себя свои собственные временные интервалы. Есть даже такие, кто отодвинул срок перехода на новый «Базель» на 2027 год. И все это никакой не секрет для интересующейся публики.

Волну интереса к теме подняло итальянское специализированное издание, которое намекнуло, что представители пяти главных Центробанков мира втайне решили еще в 2016 году совершить такой переход в 2019 году. И чуть ли не 29 марта. Даже название для аншлагов подходящее подобрали: «Возвращение золота в мир денег», «Возращение золотого стандарта» и так далее. Однако официальные источники никак не подтверждали эту газетную догадку. 29 марта настало и прошло – и ничего не случилось. Да и не должно было случиться. «Монетизация» золота, находящегося на балансах, дело непростое и нескорое. Делать его будут осторожными неспешными шагами. Доллар, помнится, тоже вытеснял золото с его позиций десятилетия.

Никакой кардинальной перестройки финансового мира пока не произошло.

Тогда в чем же смысл предполагаемой «договоренности» пяти ведущих ЦБ мира? Вероятно, в предполагаемых же преимуществах, которые получит инициатор решительного первого шага. Вот так: мы предупредили, а вы готовьтесь.

Правду говоря, финансисты всегда подчеркивали, что золото несмотря ни на что сохраняло за собой, пусть и сильно урезанную, функцию расчетного средства, средства платежа. Если ему вернут это полномочие в полной мере, цена на него подскочит до многих тысяч долларов за тройскую унцию. Физическое золото (а речь именно о нем, а не о бумагах, привязанных к золоту) – ресурс просчитанный и ограниченный.

На купюрах появится надпись типа «содержится … долей и … золотников чистаго золота» – как на старинных дензнаках. И свободный размен бумажных денег на золото в какой­то мере вернется. И многое другое. А почему нет?

Как сказал один известный экономист, «единственный способ, с помощью которого мир может избавиться от долгов, которые удушают мировую экономику, – это повторно монетизировать золото на балансах центральных банков по цене во многие тысячи долларов».

В первую очередь – американских долгов. Это, кстати, даст возможность удостовериться в том, о чем заявляют американцы: будто в их хранилищах больше 8000 тонн металлического золота. При монетизации золота, находящегося на балансе, у них должны появиться почти пять триллионов «лишних» долларов, которыми можно будет заделать очень много долговых дыр.

Впрочем, приближение, как сейчас пишут, «имплементации» третьего «Базеля» активизировало банковское сообщество. Центробанки разных стран только за прошедший год успели прикупить 650 тонн металлического золота для своих резервов. Центральные банки пользуются моментом относительной дешевизны золота и ставят рекорды скупки.

Это выдающийся показатель за прошедшие 50 лет. Следовательно, центральные банки воспользовались моментом, когда золото стоило не так дорого.

Интересно, что комбанки, испытывающие трудности с выполнением нормативов регулятора, могут заложить золото и заменить его в балансе официальными банкнотами или их электронными эквивалентами. Этим, надо полагать, и пользуются те же регуляторы.

Вообще, ужесточение требований к банкам довольно скоро отправит за борт большое количество кредитных организаций, живущих на обороте бумажных эквивалентов.

Они просто полопаются, а вместе с ними – и накопленные ими долги. Объективная реальность восторжествует.

Вообще говоря, ключевой вопрос международного банковского регулирования состоит в вычислении нормы «достаточного капитала банков». То есть специалисты методом анализа последней по времени мировой банковской катастрофы определяют пропорцию соотношения собственного капитала банка и его активов, то есть выданных кредитов, сделанных инвестиций – сформированных, скажем, из вкладов граждан. С одной стороны, устанавливают, сколько есть денег от акционеров, сколько банк заработал «нераспределенной прибыли», построил капитальных зданий, накупил машин­картин. С другой – смотрят, как много у банка вкладчиков, которые при первом же шторме побегут за своими деньгами.

Начало этой системе положил Банк Англии, вернее, соглашение между ростовщиками и королем Уильямом, который разрешил частичное покрытие обязательств банкиров в том числе и за счет долговых расписок правительства банкирам. Золото уже тогда отодвинули на задний план. В позапрошлом веке так называемая банковская школа в Англии заявила, что эмиссия денег Центральным банком должна определяться не запасами золота, а увязываться с потребностями хозяйства в деньгах. Эта увязка должна обеспечиваться выпуском банкнот под обеспечение векселей, т. е. в конечном счете товарами. Однако вопрос о полном 100%­м резервном покрытии обязательств конкретного банка в принципе не ставится. Только самые рискованные ссуды страхуются резервом в пропорции 1:1. Норматив достаточности капитала держится на уровне 8%. Это делает неизбежными многочисленные банковские кризисы.

 

 

Андрей КРЮЧКОВ

РЕТРОСПЕКТИВА

Исторически деньгами являлся один из товаров, имевший отличительные свойства. Реальная покупательная способность золотых денег определялась соотношением наличного денежного товара и товара иного назначения. Необходимость денег изначально заключалась в снижении транзакционных издержек, а не в создании богатства.

Банкнота (от английского bank’s note – вексель банка) – это вексель, т.е. обязательство банка уплатить определенную сумму золотой или серебряной монетой предъявителю векселя. В классическом виде эта система с XVII века сохранилась в Великобритании: банкноты (английские фунты стерлингов и шотландские фунты) эмитируют частные корпорации (public limited companies), акции крупнейшей из которых – Банка Анг­лии – находятся в собственности Короны.

До начала XX века на банкнотах Казначейства США значилась фраза: «Соединенные Штаты заплатят предъявителю по требованию» (The United States will pay to the bearer on demand). После указанной фразы значился номинал банкноты. Банкнота содержала все признаки векселя. Указывалось, что необходимая сумма (золотой или серебряной монетой) депонирована в Казначействе США. На банкноте указывался банк­эмитент.

Банки, выписывая векселя, исходили из степени обеспеченности векселей золотом (во времена Адама Смита, например, норма составляла 20%).

Сегодня норма резервирования у коммерческих банков составляет всего 5–7%. При этом понимание банкнот как разновидности векселей утрачено. И вексель, ценная бумага, эмитированная независимым от правительства Центральным банком, стал (а) выполнять функцию денег. Более того, обязательства банков перед вкладчиками также стали считаться деньгами (безналичные деньги). Но безналичные деньги являются только обязательством банка вернуть долг вкладчику. При этом, если вкладчик – юридическое лицо, деньги в форме банкнот Центрального банка он может требовать только в исключительных случаях и на подтвержденные цели (кассовая дисциплина). В ином случае осуществляется безналичный перевод квазиденег, который по своей правовой сути является уступкой права требования – цессией.

При этом коммерческие банки получают возможность эмитировать квазиденьги, выдавая кредиты.

Квазиденьги – это нетоварные условные эквиваленты, которые начинают принимать вместо денег как всеобщий эквивалент: векселя Центрального банка (не обеспеченные ничем) и обязательства банков уплатить вкладчикам, слабо подстрахованные ценными бумагами и товарными деньгами.

Почему замена денег в обороте квазиденьгами, постепенно произошедшая с 1918 по 1971 год, привела к глобальному коллапсу финансовой системы и толкнула реальную экономику в рецессию и депрессию?

Причина в том, что, в отличие от истинных денег, квазиденьги не являются товаром, т.е. не имеют самостоятельной ценности и благодаря кредитному мультипликатору могут умножаться многократно.

Вкладчик относит в банк некую наличную сумму. Ему открывают на эту сумму депозит. Банк раздает эту сумму в безналичный кредит заемщикам. Масса безналичных денег растет, как ком. Рано или поздно наступает момент переоценки обязательств.

Вывод из этого делается следующий: деньги должны стать товаром.

Тезис о том, что деньги должны стать товаром, означает появление золотого или иного стандарта для эмиссии. Эмитентом должно стать государство в лице казначейства, а не Центральный банк.

Размер денежной массы с поправкой на скорость денежного обращения должен быть равен совокупному номинальному доходу. Совокупная полезность денежной массы, с поправкой на скорость обращения денег, должна равняться совокупной полезности товаров, произведенных в национальной экономике, с поправкой на чистый экспорт.

Не важно, каково количество денег в экономике. Любое количество денег с разной скоростью обращения обеспечит выполнение возложенной на деньги функции обмена и минимизации транзакционных издержек.

Нет нужды возвращаться к торговле за золотые монеты, но есть нужда лишить банки не принадлежащего им по закону права эмиссии денег.

Банки должны получать прибыль за счет получения средств от комиссий за хранение вкладов и за перевод денег.

Бумажные деньги должны получить статус векселей государственного казначейства, которые, при желании владельца, могут быть обменены на золото. Тогда электронный учет денег будет означать электронный учет прав на ценные бумаги.

Обеспечив золотое обеспечение рубля, страна может столкнуться с тем, что из страны золото начнут массово вывозить, как это было, скажем, в 1905 году. Чтобы не допустить этого, следует перевести экспортные операции на рублевые расчеты. В этом случае отток золота из страны не будет превышать нормы его товарного экспорта.

ОСТАВЬТЕ КОММЕНТАРИЙ

Прокомментируйте
Пожалуйста, введите свое имя