Персидские мотивы

0
169

 

В Иране-Персии чуть не случилась очередная революция – которая по счету за пять тысяч лет?

У нас на этот всплеск среагировали спокойно. Далеко все это и непонятно. Вообще, что может быть интересного в средневековье, в теократии? Там аятоллы, «стражи революции», «Хезболла». Поди разберись. Во всем, конечно, не разберешься – все-таки пять тысяч лет этой стране. Но некоторые странички российско-персидской истории стоит полистать.

                                           

Тезицкий овраг


В Казани по сию пору существует топоним, указывающий на древнее «персидское» присутствие – так называемый Тезицкий спуск вдоль восточной стены Кремля. Название это сегодня малоупотребительно и остается по преимуществу в исторических сочинениях и краеведческих статьях. Оно указывает на некогда существовавшую особенность крепостного рельефа: с востока на запад холм прорезывал глубокий Тезицкий овраг, или ров, засыпанный еще в XVI веке. Тезиками-тезичеями именовали в ту давнюю пору персидских купцов и вообще персов.

Так их именовал и купец Федот Котов, ездивший в Персию по указанию царя Михаила Романова в 1623 году. Его особенно восхитило в этой стране обилие каменных строений. Через Тезицкий овраг-ров был перекинут каменный мост – вероятно строившийся с участием персидских мастеров. Возможно и другое объяснение: в этой топографической «точке» было отмечено присутствие «тезиков» – их караван-сарай, торговые склады или что-то иное.

Впрочем, «персы-тезики» в Казани, присутствовавшие еще в ханские времена, были, скорее всего, армянами – подданными шаха. Именно они осуществляли торговый транзит по Волге. За них – армян-купцов – просил царя Алексея Михайловича шах Аббас. Их следы долго сохранялись в Казани: Армянская улица – ныне Спартаковская, Армянское кладбище – улица Калинина.

На южных рубежах России было множество разбойников, по берегам Волги сидели ватаги казаков, подстерегавшие купеческие караваны. Безопасность была первостепенным вопросом. Правду говоря, одной из причин учреждения в Казани Адмиралтейства была необходимость борьбы с пиратами. Особенно прославились нармонские банды, которые местные помещики сколачивали из своих крепостных людей. Чуть не до середины XIX века по Волге ходили катера с воинскими командами, сопровождавшие купеческие суда.

Но настоящее раздолье для разбойников долгое время существовало в низовьях Волги, на Каспии. Туда Россия вошла после падения Казанского и Астраханского ханств. Один из самых известных сюжетов связан с казацкими походами «за зипунами». Было ли это явление самопроизвольным или же к грабительским экспедициям казаков к берегам «Персиды» подталкивало и само русское правительство? Всех тогда влекла «сказочная Индия», на пути к которой находились персидские владения.

 

ЧВК «Стенька Разин»


По сию пору гадают: утопил Разин персидскую княжну или нет? Факт захвата дочери шахского адмирала Мамеда вроде бы установлен. Но вот кого и когда покидали в воду Волги разинцы, доподлинно неизвестно. И зачем топить даму, за которую можно было получить большой выкуп? Хотя с них станется. Одно слово: разбойники!

Пиратством казаки промышляли с самого своего появления на морских берегах. Но до времени предпочитали Черное море и богатые турецкие владения. Однако обстановка переменилась после того, как турки вышибли казаков из Азова, а запорожский гетман перешел под руку Москвы, да еще наладил торговлю с султаном. И вся казацкая голытьба, привыкшая жить разбоем, потянулась на «Море Хвалынское» – на Каспий. Войско Разина состояло из людей, которых не включили в реестровое казачество, коему Москва начисляла жалованье, выделяла порох и свинец. Что им было делать, чем кормиться?

На Каспии кипела торговая жизнь. Русский царь и персидский шах стимулировали своих и чужих купцов, освобождая от пошлин и предоставляя охрану караванам.

Большой трехлетний персидский «поход за зипунами» начался в 1667 году. Чтобы добыть провиант и средства передвижения, разинцы у Царицына ограбили торговый караван русских купцов, доставлявший грузы в Черкасск. Безобразничали на Волге, на Яике (Урале), в калмыцких степях. Флотилию царского полковника Ружинского, высланную из Астрахани, успешно разгромили. Весной следующего года вышли в Каспийское море и отправились на дело – грабить побережье.

Пишут даже, что часть необходимых средств на приобретение снаряжения и продовольствия им ссудили купцы: они устроили складчину взамен на обещание поделиться добычей.

Про это пиратство в советское время сочиняли небылицы о «классовой войне». Писали, что разинцы грабили только «классовых врагов» – местную аристократию и купцов, а бедняков пальцем не трогали и даже делились с ними. И что Разин лично расправлялся с обидчиками бедняков. Все это не соответствовало действительности. Разинцы грабили, убивали, насиловали без различения «классов».

Шах Аббас II, получив от царя Алексея Михайловича предупреждение «брату нашему шахову величеству своей персидцкой области околь моря Хвалынского остереганье учинить», принял свои меры.

Дербент, Баку и Шемаху пираты обошли стороной – только предместья разорили. Разграбили богатый Мазендеран, но нарвались на отпор у города Решт. Тогда они запели другую песню: дескать, произошло недоразумение, заявили, что не ссориться приехали, а наниматься к шаху на службу. Местный губернатор выставил у казацких стругов охрану и отправил казацких парламентеров к шаху. Историки пишут, что неделю казаки гуляли, потом разодрались с местными так, что пришлось срочно бежать из города. Они сбили персидские караулы у стругов и убрались в море. Двух парламентеров при шахском дворе в отместку бросили на съедение собакам, прочих подвергли обрезанию и обратили в мусульманскую веру.

Отыгрались казаки на маленьких портовых городах Фарабат и Астрабад, которые сожгли дотла. Жители Фарабата пустили их на свои базары. После нескольких дней торговли казаки решили вернуть себе проданные персам припасы и, воспользовавшись каким-то поводом, учинили бойню, перехватали людей, разграбили жилища, сожгли загородный шахский дворец. Пленники устроили им на острове неподалеку зимний городок, где производился обмен местных на христианских невольников. Казаки давали по одному персиянину за трех-четырех христиан. Это показывает, какое большое количество пленных сбывали в Персию кавказские татары – так именовали тогда предков нынешних азербайджанцев – и черкесы. Такое освобождение многих христиан от неволи давало Стеньке Разину и его казакам повод хвастаться, будто они сражаются с мусульманами за веру и свободу.

Разграбили туркменское побережье. После этого высадились на Свином острове у Баку. Здесь и встретились разинцы с флотом Мамед-хана.

Назвать азиатское скопище хоть и парусных, но тяжелых, неповоротливых плоскодонных судов флотом сложно. Но разинцев они превосходили огневой мощью. И те схитрили: выскочили из-за острова в море и изобразили бегство. Персы с боем барабанов, ревом труб устремились вдогонку – на веслах, поскольку стояла безветренная погода. Даже натянули между кораблями железные цепи, надеясь сгрести челны казаков в кучу, словно неводом.

Казаки вышли на дистанцию огня и открыли прицельную пальбу полыми ядрами, начиненными ватой и нефтью, по флагманскому судну с адмиральским флагом – метили в пороховой погреб. Взрыв погреба воспламенил корабль, который начал тонуть и потянул за цепь на дно другие корабли. Свидетельства иностранцев рисуют красочную картину: «Казаки подошли ближе, приостановили обстрел, прикрепили свои суда к персидским, у которых были высокие палубы, и убивали персов шестами, к которым были привязаны пушечные ядра. Некоторые из персов предпочитали броситься в море, чем попасть в руки врагов».

Мамед-хан смог увести только три судна. Остальное досталось казакам – в том числе и его сын и дочь. Про нее-то и пишут как про плененную княжну, утопленную потом Разиным. Или неутопленную, а превращенную в наложницу. Во всех мемуарах про казацкое житье-бытье непременно упоминают о станице Персияновка, где казаки держали своих военно-полевых жен.

Казаки потеряли 15 кораблей, но сами захватили больше сорока, с 33 пушками, провиантом, пленниками. И поспешили в родные пределы, не дожидаясь новой флотилии шаха.

Воевода Астрахани Прозоровский встретил Разина флотилией из 36 стругов, на которых разместились 4 тысячи стрельцов. Пришлось уносить ноги. Правительство, однако, вынуждено было пообещать простить казаков в обмен на разоружение. В Астрахани они сдали струги, 20 тяжелых пушек, захваченных у персов, трофейные знамена, пленников, послали выборных в Москву «бить великому государю за вины свои головами своими».

Без сомнения, и астраханские начальники получили богатые подарки.

Пленных персиян они выдали очень немногих, а остальных заставили выкупать – не выдали и купеческих товаров, награбленных на персидских судах. Разин не допустил дьяков переписывать казачье войско, говоря, что того делать «не повелось» ни на Дону, ни на Яике. Тщетно родственники и земляки пленных персиян приступали к воеводам, естественно полагая, что раз казаки Разина в руках царского правительства, то они должны отпустить пленников на свободу и воротить награбленное имущество. Воеводы отказались употребить силу, ссылаясь на милостивую царскую грамоту, и дозволили только выкупать пленных беспошлинно.

После этого начался триумф. Через толпу к кабакам шли разинцы, увешанные дорогими саблями и пистолетами, золотыми цепями, блистающими перстнями, парчовыми халатами. Вот тогда-то Разин якобы и утопил княжну, а прижитого от нее ребенка отдал на воспитание местным попам, а с ним в придачу и тысячу рублей.

Правда, плененный сын Мамед-хана писал письма московскому царю из Астрахани о своей печальной участи, но о сестре не упоминал.

Погуляв вволю, разинцы осенью 1669 года пошли вверх по Волге. Средства для похода против центрального правительства имелись.

Исследователи до сих пор не могут толком ответить на вопрос, как Разину в короткое время удалось из вольницы, из ватаги создать хорошо организованное войско, сколотить слаженные судовые команды, которые вот так вот запросто три года ходили у чужих берегов и даже умудрились разгромить регулярный флот шаха.

Почему их вообще пропустили у Астрахани в море? Отчего царский воевода их всех не перевешал по возвращении из разгульного похода? Русский же царь уверял шаха, что постановил считать разинцев вне закона и уготовил им лютую участь.

И что вообще это было – разбойное коммерческое предприятие, в котором прямо или косвенно участвовали местные власти, разведка боем или обыкновенный грабеж? А может, все вместе?

Свидетель событий француз Шарден писал, что « …царь Алексей Михайлович был рассержен пренебрежительным обращением с его посольством в 1665 году, но, узнав в начале 1667 года, что Аббас II умер и что власть в Персии попала в руки молодого правителя, он решил мстить. Он желал, однако, избежать открытой войны и возмутил казаков, живших у Черного моря… Они должны были притворяться, что самостоятельно пошли на это предприятие. Этому верили при персидском дворе». Эта же точка зрения на поход Разина проводилась персидским послом в России Юсупом Эханбеком и представителем армянской торговой компании Георгием Лусиковым во время переговоров о возмещении убытков персидского посольства и купцов, пострадавших от Разина.

Так или иначе, но уже через пятьдесят лет в результате «персидского похода» Петра Великого Дербент и Баку отошли к России. Грабить их силами «частных военных компаний» типа ватаги Разина нужды больше не было.

Русские просто устроили провокацию: уговорили лезгин и казыкумыков под главенством князей Дауд-Бека и Сурхая выступить против шаха. Горцы захватили город Шемаху и подвергли его погрому. Ограбили и побили в том числе и русских купцов – на 500 тысяч рублей. После того Петр через посла Артемия Волынского предложил шаху помощь в наказании горцев в обмен на некоторые территориальные уступки. Слабое правительство персов ничего не смогло противопоставить настойчивости Петра.

Есть и такое мнение, что возмущение Разина было крупной войной между южным Астраханским царством, Тартарией и подконтрольными Романовым частями Белой Руси, северной Волги и Великого Новгорода. В своих документах разинцы неизменно указывали, что выступили в поход по воле «государя», но какого – не писали. Прояснить эти темные места теперь невозможно: почти все источники сведений были из «романовского» лагеря, вымаравшего и фальсифицировавшего все, что можно. Казанские и астраханские архивы, где могли быть ценные документы, просто сгорели в XVIII веке.
Восстание вызвало огромный резонанс в Европе. Иностранцы-информаторы рассказывали о событиях в России как о борьбе за власть, за престол. Интересно также и то, что иностранцы бунт Разина называли татарским мятежом.

 

ОСТАВЬТЕ КОММЕНТАРИЙ

Прокомментируйте
Пожалуйста, введите свое имя