В ПОЖАРЕ ИСКУССТВА

0
85

Ровно 100 лет назад, 5 июня 1919 года, пожар в Казани уничтожил каменное здание
городского театра – одного из лучших в России.

У Казани в дореволюционную пору было прозвище «Поволжские Афины». Все здесь, на взгляд современников, располагало к занятиям науками и искусством. Вторым университетом называли в те времена городской театр.

Ни в одном другом провинциальном городе не было такого большого театрального здания. Экономические обороты сезона в два­три раза превосходили обороты других «столиц» Поволжья и Урала. Надо ли говорить, как тяжело переживало местное общество пожары в своем театре… А они случались нередко. Первое театральное здание, построенное в 1802 году помещиком Есиповым на месте нынешнего Татарского академического театра оперы и балета, сгорело в 1814­м. Через 20 лет там же на средства города возвели новое деревянное здание. Но 24 августа 1842 года случился самый страшный в истории Казани пожар, бушевавший в течение суток. Сгорели 1309 домов, девять церквей, в том числе и здание театра.

Казанский губернатор Сергей Шипов выпросил у правительства дозволение использовать часть миллионных средств, отпущенных на восстановление города, для строительства каменного театра. В 1845 году был заложен первый камень будущего здания, в декабре 1849­го его торжественно открыли. Но и это здание не раз горело. Особенно сильным был пожар 1874 года, устроенный старшим ламповщиком, которого готовились уволить после перехода на газовые светильники. Благо с 1874 года в Казани заработал водопровод. Были приобретены даже огнегасительные аппараты и заряды к ним.

Это здание долгое время считалось лучшим среди провинциальных театров России, уступая только Варшавскому и Одесскому. Казанский театр был замечательным образцом старых театральных зданий – пятиярусный, с огромной сценой. Украшением ее был единственный на всю Россию уникальный занавес, расписанный известным художником и декоратором, академиком М. Бочаровым. Он «чутко подметил связь между творцом русской народной поэзии – Пушкиным и творцом русской народной музыки – Глинкой, изобразив на занавесе введение к пушкинской поэме и самого поэта, записывающего со слов «ученого кота» народные лирические сказания». Бочаров получил за занавес почти полторы тысячи рублей.

Причины пожара 5 июня 1919 года остались невыясненными. Но можно предположить, что дело в установившихся новых порядках. Все здания города с большими залами регулярно использовались для митингов и прочих сборищ. Театр не был исключением. Плевки, шелуха от семечек, окурки на полу были обычным делом. Можно представить себе эту картину: грандиозный пожар, разросшийся из окурка, попавшего на сквозняк при проветривании помещения, толпы возбужденных горожан, какая­то нелепая суета и крики. Водопровод не работал. Шансов не было.

Сказать, что актеры и вообще театральные деятели возрыдали, значит ничего не сказать. Они лишились дома. Их раскассировали: оперу отселили в Новый клуб (театр Тинчурина), драму – в Большой театр Розенберга (театр Качалова). Вопрос восстановления повис в воздухе.

До 1926 года на Театральной площади стояли полуразрушенные руины, затем их разобрали на кирпичи. Новое здание – для оперы и балета – появилось уже в 1956 году.

В целом же пожары всегда сопровождали театры мира. С ростом благосостояния зрителей и возможностей антрепренеров  театры боролись за публику помпезностью, пышностью декораций, роскошью костюмов, блеском и мишурой, даже фейерверками. Риски возрастали, и результаты становились катастрофическими. Но это всегда так сродни сказочной атмосфере.

 

Иван Щедрин

ОСТАВЬТЕ КОММЕНТАРИЙ

Прокомментируйте
Пожалуйста, введите свое имя