Фирдаус КАБИРОВ: Я не обладаю болезненным тщеславием

0
31

Его улыбка стала своего рода фирменным знаком команды «КАМАЗ-мастер». Болельщики привыкли и хотят видеть этого человека исключительно за штурвалом боевой спортивной машины, в фирменном камазовском облачении. Поэтому когда они узнали, что их любимец, обладатель дакаровского золота, оправляется на трансконтинентальный ралли-марафон 2007 года в роли тим-менеджера, то были слегка удивлены, если не расстроены. В околоспортивной среде поползли слухи о том, что Кабиров решил завершить карьеру спортсмена и переключиться на сугубо административную деятельность. Так это или нет, я решил выяснить у самого спортсмена лично.


 
— Так все-таки увидит ли еще общественность гонщика Фирдауса Кабирова?


— То, что буду участвовать в Дакаре-2008 как пилот, я решил еще в прошлом году. Кстати, аналогичный вопрос мне задал победитель этого Дакара — Ханс Стейси. Ему хотелось видеть на финише позади себя признанных фаворитов, маститых гонщиков — того же Володю Чагина.


На гонку поеду, как и раньше, со своим экипажем. То есть со штурманом Айдаром Беляевым и механиком Андреем Мокеевым. Если, конечно, ситуация не сложится так, что другим нашим экипажам понадобится штурман, а Андрей в последнее время выступает в команде и в этом качестве.


— Почему же ты как спортсмен все-таки решил пропустить Дакар-2007?


— В этот раз повторилась ситуация 2002 года, когда я после травмы поехал на Дакар менеджером, а основную боевую машину пилотировал Володя Чагин. В 2006 году я стартовал на ралли с травмой позвоночника (перевернулся на одном из этапов Чемпионата России), которая толком не зажила. Тогда, чтобы не усугублять положение, я изготовил специальные ремни, которыми был крепко прикреплен к сиденью, но из-за которых не мог управлять машиной так, как хотелось бы.
Поэтому, когда вернулся домой, сразу сказал, что на следующую гонку пилотом не поеду, нужно было подстраховаться, дабы окончательно не «посадить» толком не заживший позвоночник. Последние два года как гонщик я выезжал только на Эмираты и Дакар. Поскольку накопил довольно большой положительный опыт участия в различных гонках, считаю, нет смысла трепать свое здоровье на менее значительных, но не менее жестких по своим условиям, соревнованиях, таких, как Чемпионат России.


— Удалось ли залечить травмы?


— Сегодня я еще испытываю некоторые последствия повреждения колена, пришлось полностью поменять крестообразные связки с обеих сторон, после операции прошло только полтора года. В целом же, уже перед этим Дакаром, в октябре-ноябре никаких проблем со здоровьем особо не было. Думаю, к 2008 году физически я буду абсолютно готов к гонке.


— Стала ли для тебя новым опытом работа менеджера?


— Нет. Во-первых, как я уже говорил, в таком качестве я выезжал на Дакар в 2002 году, и в 1995 на ралли «Париж — Москва — Пекин». Во-вторых, в команде я не просто пилот и конструктор автомобилей. Когда после распада СССР по всей стране начался финансовый кризис, мне пришлось оставить конструкторско-техническое направление (по образованию я — технолог) и заняться решением главной на тот момент проблемы, стоявшей перед командой — финансирования. В результате мы с трудом, но выжили. Естественно, выполняя в команде такую функцию, я всегда хотел получить и соответствующее образование. К счастью в Казани при Казанском финансово-экономическом институте открылась программа МВА для топ-менеджеров и руководителей. Мне было очень интересно и полезно пройти ее, ибо там давался практически весь спектр знаний по интересующим меня вопросам: от банковского дела, финансового менеджмента до управления персоналом.


Перед отъездом на Дакар я заранее распланировал свою будущую деятельность и знал, чем придется заниматься. Как спортсмен я прекрасно представлял то, что нужно моим коллегам, дабы они добились хороших результатов. Прежде всего надо было грамотно организовать работу персонала, чтобы возникающие потребности в запчастях были всегда удовлетворены, переезды с бивуака на бивуак происходили своевременно, не было проблем c водой и питанием, неординарные ситуации решались бы быстро и не вызывали замешательств. На самом деле все эти процессы в «КАМАЗ-мастер» настолько отлажены, что авралов как таковых и не возникает, все знают свои обязанности.


— А как родилась идея стать своего рода пресс-центром команды в одном лице?


— Знаешь, я поначалу даже и не думал, что буду уделять так много времени передаче в Россию информации с Дакара. Тут, видимо, сыграло роль профессиональное видение этого вопроса, не всегда доступное представителям прессы. В конце концов, я же находился в постоянном процессе общения со знаменитыми гонщиками, командами, их руководителями. Поэтому с первого же дня почувствовал, что нужно писать. Причем не то, что видят все, что мгновенно появляется в Интернете и тиражируется другими СМИ, а своего рода взгляд изнутри процесса, с необходимыми комментариями профессионалов. Порой я начинал день, не имея четкого представления, какое сообщение выдам, затем шел в «офис» тим-менеджеров — самолет, и в ходе общения с ними тема возникала сама собой. На бивуаке та же ситуация: ребята ремонтируют технику, кушают, общаются — и на основе этого рождается интересная информация.


Или же, вот еще какой интересный прием использовал. Сразу после старта брал у организаторов подробное описание трассы (мне его давали, ибо я уже не мог делать подсказки своим спортсменам), переводил его, следил за тем, как наши проходили тот или иной участок, и делал сообщение в режиме реального времени. То есть у читателей создавалось ощущение, будто я лечу за ребятами на самолете и фиксирую каждый их «шаг».


— Что, по твоему личному ощущению, все-таки сложнее — быть гонщиком или же руководить командой во время гонки?


— Нет, работу экипажа на Дакаре по сложности нельзя сопоставить ни с какой другой. Тем более то, что делает пилот, — ни у кого в пустыне нет более трудной задачи, чем у него, ибо от его профессионализма зависит конечный результат. Обслуживающий же персонал, в том числе и тим-менеджер, только помогают гонщикам, организовывают их быт, отдых, занимаются подготовкой техники к следующему этапу. Всю же тяжесть гонки на своих плечах несет именно экипаж.


— Признайся, видя на Дакаре коллег-гонщиков, особенно после очередного этапа, разгоряченных, полных эмоций, не возникало ли у тебя профессионального искушения самому сесть за руль? И некоторого сожаления, что сделать это ты все-таки пока не можешь?


— Меня довольно часто спрашивали об этом. Нет, поверь мне, даже и тени желания не было. Таков склад моего характера — я вижу круг вопросов, которыми необходимо заниматься, и не отвлекаюсь ни на что другое. У меня есть здоровые амбиции, без которых, говорят, не может состояться ни один спортсмен, но только не болезненное тщеславие, зависть, которую пытались отыскать у меня журналисты.


Другое дело, когда, например, на первом этапе гонки, пострадавший экипаж Ильгизара на заправке выходит из кабины, ребята начинают рассказывать, что, мол, там, в деревьях, ударились об пенек, проткнули колесо… Володя отвечает им, что надо было сделать так-то и так-то. Я подключаюсь, интересуюсь какая обстановка была вокруг. Они говорят, что «тут машина стояла, здесь дерево мешало, под колесами песчаная колея была». И уж как-то сам собой включился в полемику, стал представлять, как проехал бы этот участок, что бы сделал, начал замечать за собой, что уже стал двигать руками несуществующий рычаг (смеется)….
Ну, а когда все шло относительно спокойно, то даже и не включался в такие разговоры, просто слушал. Потому что советовать всегда легко, делать — гораздо труднее. Иногда ставил себя на место наших парней, сопереживал, иногда нет, все зависело от ситуации, в конце концов, моя задача была иной.


То, почему я не выступаю в этом году, мне приходилось объяснять постоянно. Спортсменам-иностранцам я в шутку отвечал, что решил сменить амплуа. Но они все равно понимали, что к чему, подкалывали меня, говорили, что молодец, мол, растешь.


Но самая главная ценность моего тим-менеджерства заключается в том, что я смог посмотреть на процесс гонки со стороны. Одно дело, когда варишься во всем этом, находишься в особой атмосфере, где борьба, трудности. Но кто знает, может, человеку, далекому от этого, вся эта «возня» кажется полной ерундой.


К счастью, благодаря опыту менеджерской работы я получил возможность лишний раз утвердиться во мнении, что мы занимаемся серьезным делом. Как специалист, работающий с деньгами, я понял, что КАМАЗ не зря вкладывает средства в этот спортивный проект. Лучшие автомобильные концерны мира участвуют в Дакаре, тратят огромные деньги на собственные команды, в итоге получают зримое подтверждение высокого уровня собственных возможностей.
Как спортсмен я осознал, что мы делаем дело, которое необходимо людям. Им интересны наши достижения и неудачи, они совершенно искренне радуются победам команды «КАМАЗ-мастер», которые укрепляют в них патриотизм, любовь к своей земле и гордость за нее.

Беседовал Алексей ТОПОРОВ

ОСТАВЬТЕ КОММЕНТАРИЙ

Прокомментируйте
Пожалуйста, введите свое имя