«Протесту не хватает реализма»

0
41

После падения Берлинской стены Ричард Роуз — профессор Университета Стратклайда, а в настоящее время директор Центра исследования публичной политики, запустил проект, основанный на опросах общественного мнения в семнадцати странах, входивших в «коммунистический блок». Эти опросы должны были зафиксировать реакции населения этих стран на существенные трансформации, происходившие на их глазах. В России были проведены двадцать исследований под названием «New Russia Barometer»: первый – в январе 1992 года, а последний – в марте 2012 года. На основе российских опросов профессор Роуз вместе с коллегами выпустил книгу «Россия: народная поддержка недемократического режима», в которой была предпринята попытка объяснить политические предпочтения россиян. Об итогах своих исследований профессор Роуз рассказал в интервью «Росбалту».

— Смогли ли вы найти ответ на главный вопрос вашего исследования в России: почему россияне, которые предпочитают демократию всем другим способам управления, продолжают поддерживать режим, который все сильнее и сильнее отдаляется от демократических идеалов?

— Конечно, когда спрашиваешь людей, какую форму управления они бы предпочли, они называют идеальные варианты, а не те, к которым сводится их реальный выбор. Всем хочется быть богатыми, здоровыми и умными, но не у всех получается. Исследования по всему миру показывают, что в Африке, как и в Западной Европе, люди поддерживают базовые идеи о свободах: право на демократическое управление, право на информацию и т.д.

Но мы знаем, что в том же самом мире существовали с разной степенью успеха самые разные формы управления, и многие из них не были демократичными. В том числе лицемерные режимы, которые заявляли, что они были демократиями, хотя на самом деле это было не так.

Советский опыт научил россиян тому, что ты можешь хотеть что угодно, но люди наверху будут делать все по-своему. То есть другими словами – реального выбора нет. С таким отношением к политике россияне продолжают жить.

— Каким образом народная поддержка режиму Путина менялась с годами? Что вы смогли зафиксировать в опросах общественного мнения?

— Точкой отсчета было наследие Ельцина. Путин пришел к власти в тот момент, когда его предшественник был не в состоянии выигрывать выборы. Последние два года ельцинского правления Россия была в ужасном состоянии из-за обвала рубля в 1998 году. Кроме того, здоровье Ельцина не позволяло ему руководить страной.

У Путина было две задачи – улучшить состояние экономики и улучшить репутацию правящей власти. В экономике, как мы знаем, Путину удалось добиться хороших результатов по той простой причине, что цены на нефть резко выросли.

Путину очень повезло в его первые годы: факт наличия нефти на российской территории и цены на нее не были его заслугами, он к этому не имел никакого отношения, но он получил от этого большие политические дивиденды.

В политике же Путин набирал очки, потому что был политиком совершенно иного типа, нежели Ельцин. Британский политолог Беатриса Уебб выделяла два типа политиков: анархисты и бюрократы. Ельцин был анархистом, и по-другому быть не могло. Для того чтобы окончательно развалить Советский Союз нужен был политик, обладающий властью особого дикого толка. Горбачев запустил этот процесс, но именно Ельцин довел до развала СССР.

История показывает, что Российская Федерация очень сильно отличается от СССР. Поначалу она превратилась в слабое государство, где власть была разбросана тут и там, и где в экономической среде появились олигархи. Путин со своим прошлым сотрудника КГБ хорошо умел использовать силу бюрократической машины. Он привнес порядок в российское правительство, за что народ ему был очень признателен.

Путин начал с наведения порядка и установления правил, что, по сути, значило централизацию власти. Путин делал это очень деликатно. Он не стал переделывать Конституцию или начинать массовые расстрелы, как это случалось в похожих ситуациях в Европе в прошлом. Он стал переводить бюрократов и олигархов на свою сторону – они должны были работать в его команде, а не играть исключительно в своих интересах.

— И, тем не менее, несмотря на резкий взлет Путина, его высокие рейтинги, лояльность элит и олигархов, в прошлом году все закончилось протестами на улицах Москвы, где демонстранты обвиняли президента России и его режим в подтасовке результатов выборов, в коррупции и т.д. Где он оступился? Или вы считаете, что его рейтинги по-прежнему высоки по западным меркам и с политической точки зрения все в порядке?

— В начале 1990-х годов, в первые годы нового режима, люди не знали, выживет ли новая власть или же страну ждет еще один переворот. Путин за свои первые два срока показал и доказал, что Российская Федерация в ее нынешнем варианте сохранится.

Он не отменил Конституцию, не разрушил систему управления и не стал диктатором. Он не стал менять Конституцию, но он изменил некоторые законы, чтобы созданной им партии под названием «Единая Россия» было проще контролировать Госдуму. Например, отменив выборы по одномандатным округам, и контролируя выдвижение кандидатов от «Единой России».

Путин держал партию в своем кулаке. В этом были свои плюсы для страны, но они быстро закончились. Такого рода управление зачастую приводит к тому, что лидеры становятся чересчур уверенными в себе, заносчивыми, и за это приходится платить.

Это бывает и в демократических странах. Британский премьер Маргарет Тэтчер – одна из наиболее влиятельных женщин прошлого столетия – была выдавлена из власти своей же партией, потому что стала очень заносчивой и перестала слушать людей вокруг.

Владимир Путин сделал все возможное, чтобы его собственная партия от него не избавилась, потому что эта партия была создана таким образом, что она находилась под его полным контролем. Внутри элиты никто не осмеливался кинуть ему вызов. И именно тут – в этом вакууме – и возникли протесты.

Самое интересное в этих протестах то, что они вообще произошли. 1990-е годы были очень сложным временем для россиян: царила неопределенность, национальная валюта была нестабильной, людям приходилось кардинально менять специальность, молодежь должна была сама догадаться, как строить свою жизнь.

Путину в свое время тоже пришлось переехать в Москву, потому что в Петербурге для него работы не было. Люди не выходили на улицы, они искали для себя новые роли.

Те, кто пошел на демонстрации год назад, знали, где именно они находится, какой является их жизнь, и эти люди хотели, чтобы правительство и управление страной стало приближаться к демократическом идеалам.

То есть, с одной стороны, они — идеалисты, но, с другой стороны, они не репрезентативны. Факт остается фактом: массовые демонстрации не перекинулись из столицы на другие крупные российские города, как это было в свое время в Восточной Европе. В ГДР протесты вообще начались не в столице, но они охватили затем всю страну.

Кроме того, возраст протестующих, их уровень образования, социальные характеристики показывают, что они гораздо более образованы и прогрессивны, нежели средний москвич, не говоря уже о среднем россиянине. Это не средний класс, который в России составляет четверть населения. Это то, что в Англии называется верхний средний класс, чьи политические взгляды, однако, не совпадают со взглядами большинства российского населения.

— Насколько стабилен режим Путина? Ждете ли вы возрождения протестов?

— Проблема с этими протестами в том, что они требуют кардинальных перемен, и избирательный цикл построен таким образом, что Путин, скорее всего, будет находиться у власти следующие двенадцать лет. То есть им будет против чего протестовать следующее десятилетие.

С другой стороны, когда были обнародованы результаты выборов, конечно, были свидетельства фальсификаций, но независимые источники показали, что большинство людей все-таки проголосовали за Путина. Они были готовы голосовать за Путина и даже за «Единую Россию». То есть результат был справедливым. Президентский пост и большинство кресел в Думе досталось тем, за кого проголосовало больше людей.

Протестующие требовали отмены результатов выборов из-за фальсификаций, но даже без фальсификаций Путин бы все равно выиграл. В этом смысле протесту не хватает реализма.

Кроме того, у протестующих нет даже своей политической партии. Было бы другое дело, если бы оппозиция пошла на выборы и получила бы 49% голосов, в то время как Путин и его партия получили бы 51%. В этом случае требования пересмотра результатов имели бы смысл. Но здесь все по-другому.

Я думаю, что у протестующих было бы больше поддержки среди населения, если бы после победы Путина, они бы стали требовать от него подотчетности, исполнения его предвыборных обещаний и начали бы тщательное следить за этим.

И главная тема здесь – коррупция, с которой сталкивались, пожалуй, все россияне. Это не какая-то абстрактная тема, это реальная проблема российского общества.

Путин преподносит себя в качестве главного политика страны, обладающего большой мощью и готового работать на интересы граждан. Значит, он должен показать, как он борется с коррупцией.

— Да, именно это он якобы и пытается делать: в стране в последнее время гремят коррупционные скандалы на самом высоком уровне….

— Он пытается это делать уже двенадцать лет и ничего не изменилось. Я не думаю, что вам нужен именно я для того, чтобы объяснить, насколько велика проблема коррупции в России. Россиянам и Путину не нужны для этого западные профессора, вы и сами все лучше знаете. Путин отвечает за страну, а не я, и он, наверняка, лучше меня знает, где именно сидят коррупционеры. Так что протестующие должны пристально следить за тем, как он борется с коррупцией и исполняет остальные свои обещания.

Я не могу не признать, что, скорее всего, путинский режим сохранится в течение нескольких лет, и что большинство россиян хотят именно этого, но не могу и не подчеркнуть, что этот режим далек от совершенства.

Беседовала Юлия Нетесова

rosbalt.ru

ОСТАВЬТЕ КОММЕНТАРИЙ

Прокомментируйте
Пожалуйста, введите свое имя